этимологическом объяснении сущности вещей,

данном Исидором Севильским: латинское слово vir

(«мужчина») происходит от слова vis («сила»),

имеет связь со словом virtus («добродетель»).

Название женщины – mulier происходит от mollis,

что значит «мягкая, изнеженная, слабая» —

но также и «порочная, чувственная».

Согласны мы с этими тезисами или нет, но мы

не можем не учитывать мнения таких авторитетов, —

заключает умник под ощутимый ропот неприятия

и продолжительный гомон аудитории…

Продолжая «парить» над залом, ведущий выдаёт:

– Один мой добрый знакомый – уже пожилой

и одинокий, но порядочный человек,

собравшись с духом, обратился к приятельнице,

которой он, видимо, давненько и тайно благоволил, —

не согласится ли она заняться с ним фелтингом…

А, кстати, как бы вы, присутствующие в зале,

отнеслись к подобному предложению?

– Старый козёл! (Редкие возмущённые выкрики).

Пошляк! (Чаще). А в основном – осуждающий гул…

– Так вот: дама, к коей обратился мой знакомый

слегка напряглась, но решила уточнить, а что же это?

– А это, – загадочно начал он, потирая ладошки, —

очень увлекательный, интересный вид рукоделия…

на что вмиг получил звонкую оплеуху.

Его пассия резво вскочила и спешно удалилась,

всем видом выражая возмущение.

На самом же деле: «фелтинг или валяние —

рукоделие, в процессе которого из шерсти

создаётся рисунок на ткани или панно,

объёмные игрушки, декоративные элементы.

Современные мастерицы изготавливают даже

в этой технике замечательную одежду и обувь»…

Здесь я очнулся под пристальным взглядом

моего визави и начал приходить в себя:

– Ну, ты и мастер! Что-нибудь ещё отчудишь?

– Разве тебе не было интересно?

Не напрягайся, поехали дальше.

– Что же ты хочешь услышать ещё?

– Я готов слушать всё, что волнует тебя.

Плесни-ка колдовства и продолжай.

– Тогда поведаю одну печальную историю,

глубоко потрясшую меня во время оное.

Были мы молоды, содержательны и увлекательны,

в смысле – могли увлечь… красиво и не одну!

Но испытывали ещё к феминям священный трепет.

Прибился как-то к моей уже группе нескладный малый

с правильными, но смазанными чертами лица:

рослый, но пустой и неопрятный энтузиаст-балабол,

горячо не умолкавший ни на секунду.

И всё, что он восторженно и напористо нёс —

было практически бессмысленным набором звуков.

Имя ему – Серёга. Мы же звали его Серёга вонючий,

ибо от него в лучшем случае попахивало козлиной!

Своего мнения он не имел – чутко флюгерил,

старался угодить и произвести впечатление.

Но нас не заболтаешь, мы видели его ничтожность

и терпели в надежде на его угодливые обещания

пробить нам эфиры на ТВ и добыть спонсора,

готового оплатить съёмки клипов и продвижение их.

Серёга хвастался, что не имеет отказов от женщин,

может обольстить любую и запросто так.

Просчитав же его суть, нам это казалось чушью.

Ну-у, пэтэушницу, продавщицу – не сомневались,

а уж – даму, женщину – вряд ли.

Горячась и ворочая глаза, Серёга предложил,

мол, укажите на любую и сами всё увидите…

И вот как-то после репетиции стояли мы во дворе

высокого кооперативного дома в престижном районе

и, внимательно оценив обстановку, я указал на двух

отчаянно эффектных молодых женщин, – холёных

и в модной элегантной одежде, которую в то время

могли позволить себе, ой-ой-ой, немногие!

Ни один из нас элементарно не отважился бы

просто подойти к эдаким ледям.

Серёга же бодро и размашисто подскакал и…

завязалась у них оживлённая беседа с амплитудной

и хаотичной жестикуляцией и гоготом Серёги,

под звонкие колокольца их смеха!

Мы, потрясённые, остолбенело наблюдали эту

абсолютно абсурдную сценку с обменом телефонами

и… обнимашками!