Шрифт:
– Что ты придумал? – спрашиваю я.
Папа ровняет края яичницы, пока она не приобретает нужную форму, потом деревянной ложкой делает наверху две дырки. Схватив чашку со стола, аккуратно вставляет в каждую дырку по желтку. Они, словно ярко-жёлтые глаза, торчат из…
– «Поджаренный череп»! – объявляет он, гордо выкладывая яичницу-болтунью на тарелку.
Я киваю, хотя меня от этого просто воротит. Ну кому понравится на завтрак череп с липкими глазами? И тут из зала слышится взрыв аплодисментов. Я выглядываю в тот момент, когда мама театрально раскланивается, держа в руке искусственную кость.
М-да. Кажется, папины яичницы-черепа обречены на больший успех, чем я думала.
– Слушай, а не пойти ли тебе погулять? Пообщаться с друзьями, – предлагает папа.
Во мне загорается надежда. Но я тут же от неё отказываюсь. Субботы в «Холме» – самые напряжённые дни. На прошлой неделе перед рестораном стояла очередь до двух часов дня!
Папа видит мою нерешительность и подталкивает к двери.
– Иди! Джанет сегодня придёт пораньше, так что мы справимся.
– А кто будет убирать со столов?
– Мама.
– А на кассе? Кто этим займётся?
– Джанет, – смеётся папа.
Я складываю руки на груди. Всё далеко не так просто.
– А кто будет рассаживать людей?
– Перестань, – смеётся папа. – Всё будет в порядке. Я о другом волнуюсь, детка. У тебя тёмные круги под глазами. Тебе нужен выходной, ясно?
Он понятия не имеет, насколько он прав. Я бросаюсь ему на шею и обнимаю.
– Спасибо, пап!
– Свободна. И выше голову. Может, сейчас и тяжеловато, но помни: Дентоны не…
– Знаю, знаю. Дентоны не сдаются.
Я заканчиваю фразу за него. Стянув фартук, комкаю его и запихиваю в рюкзак. Надо смываться, пока папа не передумал. Или, что ещё хуже, пока мама не поняла, что он натворил.
Глава 3
Я иду по тротуару, ощущая прилив адреналина. И пусть небеса хмурятся и моросит холодный дождь, счастливей меня сегодня не найти. Я впервые за до-о-олгое время провожу субботу не в ресторане. Могу позвать Эмми или Бри, и пройтись по магазинам. Могу сделать несколько снимков. Прогуляться или сходить в кино. Могу…
Поспать.
При мысли, что можно залезть под тёплое пушистое одеяло, я зеваю. Давненько у меня не бывало такого длинного выходного – целая суббота, а не высыпалась я ещё дольше. Это практически невозможно. Когда мы впервые приехали в Истпорт, сны приходили редко. Может, раз в месяц. А теперь? Они снятся каждую ночь. Всю ночь. Иногда такие яркие, что я часами сомневаюсь, не происходит ли это на самом деле. Что мне ничто не угрожает. Неудивительно, что глаза у меня всегда припухшие и друзья спрашивают, как я себя чувствую…
– Доброе утро, Мэллори! – машет из двери цветочного магазина миссис Джеймс, добрая пожилая дама. Полненькая, розовощекая и цветущая, даже если на улице холод. Сегодня на ней чёрная футболка с нарисованным на груди котелком. На ней надпись: «Истпорт, Массачусетс. Мы тебя околдуем!» Её непослушные седые волосы спрятаны под бейсболку с изображением надгробия.
Я натянуто улыбаюсь.
– Здравствуйте, миссис Джеймс!
– Получила выходной?
Она машет каким-то садовым инструментом. Он остроконечный и больше смахивает на оружие убийцы, чем на лопатку для посадки цветов.
– Заходи, расскажу тебе про тень в коридоре, которая появилась вчера вечером! Ужас-ужас!
Я отмахиваюсь и киваю, пусть думает, что я не расслышала из-за шума машин на улице. Мне вовсе не хочется слушать её рассказ. Люди здесь разговорчивые. Любят поболтать. И разговоры необычные. Вечно слышишь какие-то странные истории, которые, как они надеются, станут новой легендой Истпорта. А цветочный магазин миссис Джеймс? Нет уж, спасибо большое. Я люблю цветы и всё такое, но в её магазине ни цветов, ни радости. Мрак! В углах – паутина, а на полках стоят горшки с отколотыми краями с чахлой травой. Вспоминая запах, я морщусь. Мама говорит, что это удобрения, но сильная кислая вонь долго не отстаёт и после выхода на улицу.
Я торопливо иду по улице, отчаянно избегая разговоров с соседями. Магазины, мимо которых я пробегаю, словно соревнуются в украшениях. Вокруг фонарных столбов обвязаны красные и чёрные ленты, с веток деревьев свисают просвечивающиеся призраки. Площадь украшена, как кладбище. Рядами выстроились пластиковые надгробия, а по траве разбросана кучка костей. Между парой клёнов растянут огромный транспарант с надписью: «С праздником!»
Ага. Верно. Теперь вспомнила. Папа сказал, что этот октябрь очень важный: городок празднует годовщину первой записанной легенды Истпорта… то есть проклятия. Можно подумать, что город празднует день своего рождения, но нет. Они отмечают первое проклятие.