Шрифт:
Она помолчала.
– Может, и показалось кому чего. Но в последнее время мир малость чокнулся, так что я уже всему поверю.
Никто не возразил ей.
Алиса подобрала ноги поближе, переложила сумку, устроилась поудобней.
– Вообще… мой автобус должен был ехать до Ч, – негромко проговорила она. – Но я не уверена, что это эта трасса.
– Я думала об этом, – Лана чуть нахмурила брови. – Но я не помню там железной дороги рядом. Ты помнишь?
– Не… – Алиса мотнула головой. – Я, правда, не то чтоб часто тут бывала… И в принципе не очень помню такие вещи…
Лана кивнула.
– Ничего, – пробормотала она – скорее уже себе, чем ещё кому-то. – Выберемся… Нам понадобится заправка в любом случае. Выберемся до заправки… Там спросим людей. Там же будут люди – ну да. Наверняка они в курсе… Что такое. Что случилось. С печки азбука св…
– Что? – переспросила Алиса.
– Печку не буду включать пока. Вроде не особо холодно? Доберёмся до заправки – тогда. Должно же у них быть, и должны они знать. Где мы. Что мы. Что есть…
– С нами, – пробормотала ей в помощь Агнешка и усмехнулась, не открывая глаз.
Снами нёсся полусумрак-полусвет за окном и убаюкивал так странно, говоря, что голова тяжёлая-тяжёлая, что все неурядицы, и трудности, и разные неприятные вещи, конечно, не кончились – они не могли кончиться, они только начались – но это не так важно сейчас, как то, что надо же знать меру, пусть голова отдохнёт, пусть всё отдохнёт, пока в воздухе тихо, спокойно внутри машины, пока ничего – пока ничего-ничего – пока только безымянный миг бежит с фонарём между счётов времени – там, снаружи – пока только трасса бежит в свете фар – там, снаружи – и стелется, и стелется, неизменная, нескончаемая, и подлокотник у окна, блёклый полусумрак, такой мягкий…
5.
Ich find nicht mehr aus dem Nebel,
Weiss nicht wohin ich gehen soll. 14
Wintermond
Лана вернулась к машине и, прежде чем снова надеть перчатки, тщательно оттёрла пальцы платком и санитайзером. Вряд ли бензин мог попасть ей на руки, но ей было виднее.
– Тоже никого, – она уселась за руль и вместо того, чтоб сразу отъехать от колонки, созерцала ещё какое-то время сумерки впереди. – Странно. Столько едем – и ничего, никого.
Нелли на соседнем сидении приоткрыла глаза, но только взглянула чуть на Лану, почти не поворачивая головы, и никак не прореагировала.
Лана опустила взгляд проверить заряжавшийся смартфон. Недовольно поджала рот и завела мотор.
– Нелли, – через минуту спросила она. – Который час.
– Час? – протянула та с холодным удивлением, будто изумилась, что её вообще о таком спросили. – Сейчас. У тебя же смарт. Возьми и посмотри.
Лана ещё раз бросила быстрый взгляд вниз, будто что-то могло сильно измениться. Ломанные цифры на экране по-прежнему показывали семь тридцать.
Машина вильнула, но всё же попала колесом в яму и подпрыгнула. Лана с силой потёрла глаза и переносицу.
– Сейчас не может быть столько, – сказала она, мельком пересекшись со своим отражением. – Мы едем гораздо дольше. К тому же, я ставила двадцатичетырёхчасовую систему. А если предполагается, что это семь тридцать утра, а не вечера, то я не могла так много проехать.
Она подавила зевок. Объехала очередную яму, на этот раз удачно.
– Серьёзно. Сколько времени прошло? – Лана озадаченно вопросила взглядом зеркала, дорогу, даже слегка Нелли. – У меня ощущение, что вокруг вообще ничего не изменилось. Должно ведь было уже совсем стемнеть. Или рассвести наоборот, если на то пошло.
– Нет, почему, – Нелли пошевелилась, чтоб пересесть поудобнее, заодно лениво осмотрела облупившийся лак на ногтях. – Мы же всё время ехали. Это как на самолёте – знаешь? Улетаешь откуда-то посреди дня, чуть не до ночи промучишься, прилетаешь – а там опять день.
– Мы не на самолёте, – Лана скосилась на неё с сомнением и тихой тревогой.
– Да без разницы, – Нелли зевнула, порылась в бардачке и, найдя пилочку, начала неспеша подтачивать маникюр.
Лягух опять споткнулся на яме и подпрыгнул – Нелли даже снова мазнуло потолком по макушке, но она, похоже, и не заметила. Лана шёпотом выругалась и поискала заднее сидение в зеркале:
– Что они там? Дрыхнут?
Им, видимо, было тепло рядом – они спали крепко. Алиса, впрочем, как будто уже начала пробуждаться – видимо, последний скачок тряхнул и её. Она мутным, не вполне ещё присутствующим взглядом проскользила вокруг и пыталась занять теперь меньше места – наверно, думала, что попутчице недостаточно её половины дивана.
– Лис, – попросила, сглатывая первую букву, Лана. – Разбуди Агнешку, пожалуйста. Я заманалась ехать по этим ямам.
Алиса испуганно глянула на неё, но быстро узнала и наклонилась поворошить Агнешку. Та спала, закрывшись своим рыжим хвостом, который растрепался немного и служил ей теперь то ли шарфиком, то ли повязкой от света. Алиса неуверенно позвала её. Агнешка что-то спросила с закрытым ртом и перевернулась на спину.