— … или Химера занята ими.

— Если выяснится, что эти мудаки еще и в розыске, можем сорвать неплохой куш, — хмыкнул один из бойцов. — За каждую голову по куску, поди плохо?

— Не расслабляйся. Бабки бабками, но мы здесь не за этим, — пробурчал Жук.

Парни рассредоточились по лесу широкой дугой и двигались неторопливым шагом. Вечерело, и каждый куст казался угрозой.

— Можете сильно не нервничать, — оглянулся идущий впереди Рихтер, и указал на бегущую впереди собаку. — Учует Химеру, встанет как вкопанная.

Бойцов это не сильно обнадежило. Впереди до сих пор слышались моторы и время от времени что-то раскатисто бахало.

— Береженого бог бережет, — проговорил Волошин, прокладывая себе путь через подлесок. — Не хочется, знаете ли, на своей шкуре проверять, действительно ли у вашего пса хороший нюх. Без обид, но Химеры давно не появлялась на территории области, черт знает, чего от них ожидать. Уж наверное годков пять будет, как завалили последнюю…

— В прошлом году же ловили одну рядом с Волоколамском, — отозвался один из бойцов.

— Нее, та оказалась Мантикорой. Сделала себе подкоп и вылезла в тылах. Гадина та еще, но ей до Химеры далеко. Парни сдерживали Прорыв из Москвы целую неделю, а потом еще охотились по лесам за потеряшками. Жарко там было, вот и напридумывали всякого.

— А может, и мы ползем не за Химерой?

— Увы, — хохотнул Рихтер. — Раз мой пес взял след, значит, точно Химера. Шрек по ним спец.

Рядом со мной шел Кудряш со своей оглоблей, лупил на себе комаров и тихонько ругался под нос. К счастью, я смог немного «унять» собственный запах с помощью своих способностей, поэтому комары на меня совсем не реагировали.

На моем поясе завибрировал телефон. Хмм… Неизвестный номер, и нет, не больничный.

— Слушаю, — сказал я в трубку, внимательно вглядываясь в лес впереди.

— Хозяин, — раздался из динамика голос Ди. — Я вас не слишком отвлекаю?

— Нет, Ди, почти не отвлекаешь, — хмыкнул я, не убирая руки с рукояти меча. — Как успехи в деле распутывания клубка?

— Несколько дней назад мы вышли на координатора Угря и «побеседовали» с ним с глазу на глаз. Увы, этот мерзкий слизняк знает лишь имя вышестоящего в цепочке, но с заказчиками он никак не связан.

— Печально…

— Не беспокойтесь, мы все сделаем. Когда у нас будут имена и фамилии заказчиков, мы дадим вам знать.

— Хорошо, работайте.

— Слушаюсь.

— Как там дела у Гамы? Красавка хорошо кушает?

— Амальгама уже освоилась в новом теле, а что до вашего питомца, то он очень хорошо кушает. Эй, ты! Брось ты уже пялиться в эту книжку. Лучше иди и скажи «привет» своему хозяину!

— Bien sur, ma guerriere ailee! — раздался со стороны знакомый хриплый голосок.

Я немного завис, когда она сказала «пялиться в книжку». Красавка? Читает книги?!

— Хозяин… — зашептали в трубку теперь на русском. — Красавке очень одиноко без хозяина…

И немудрено. Мы с ним не расставались дольше чем на день, ни разу в его маленькой жизни. Главное, чтобы он с тоски не занялся членовредительством, а то и не отправился на мои поиски. В ГАРМе появление, конечно, можно обставить как-нибудь — мол, обычный говорящий кошак, пусть и прожорливый до крайности — но все же лучше пока попридержать коней.

— Я гляжу, ты умнеешь на глазах, — заметил я. — И уже и читать научился?

— Почти. Складывать буковки в слова совсем не сложно. Гама помогла Красавке освоить азбуку.

— И… чем ты увлекся?

— Сказки. Есть скучные, но если Красавка их прочитает, Гама обещала дать большой и визжащий кусок мяса.

И он захихикал, да и таким манером, что даже у меня по спине забегали мурашки.

— Не передашь трубку Гаме?

— Конечно!

И тут же я услышал голос нексонианки:

— Хозяин, слушаю…

— Вы там с Ди, случаем, не создаете монстра?

— О, нет, хозяин. Мы с нашим маленьким протеже проходим ускоренный курс образования. Красавка, как оказалось, довольно старательный ученик, если его как следует замотивировать, и, видимо, скоро будет… кхм, глотать книги пачками. Мы уже прошли с ним азбуку, прочитали десяток сказок и вскоре я подсуну ему что-нибудь посложнее.

— Только не переборщи, — сказал я и, попрощавшись, отключился.

Мой питомец счастлив, сыт и уже готов пойти в первый класс. Это хорошо.