– Я готов сделать выбор! Я дарую Бранду и Геларду жизнь. Они отличные воины и до конца верны своему долгу чести, – я повернулся к Демидову. – Ваша Светлость, я прошу принять вас этих людей в клан защитников-антименалов, под мою ответственность. Раз уж от них уже отказались.

Признаться, такого эффекта от своих слов я не ожидал. Наверное, не удивился разве что пёсель по имени Лорд, и то из-за того, что просто был занят своей косточкой.

– Ах ты паршивец! Да как ты смеешь забирать у меня моих людей! – Милославский вскочил со своего места и задрал руку, в которой медленно, но неотвратимо формировалось боевое заклинание.

Я встряхнул головой, пытаясь собрать глаза в кучу, и перевернулся на спину. Правой руки и плеча я уже не чувствовал. Хрен с ними, главное я жив и могу драться дальше. Это единственное, что делает из обычного человека воина. Неважно, маг он или простой мечник.

Так-с! А почему я собственно лежу? Случилось чего? Милославский?

Через секунду память восстановилась, и я вспомнил про подлый удар начальника тайной канцелярии. Ну и мразь же ты, Милославский! И как только дожил до такого возраста?

Князь сформировал грозовое копьё сразу после моих слов и бросил его в гренландца. Времени на раздумья у меня не оставалось. Если уж Безымянный и поручился за кого, то сделает всё, чтобы это самое поручительство не превратилось в пустые слова.

Я помнил, что от Грозина мне досталась полная сопротивляемость к громовым заклинаниям, и как только воздух вокруг заискрил от переполняющей его энергии, бросился на перехват грозового копья.

Что потом произошло, помнилось смутно, но одно я знаю точно – гренландец выжил. Вот он, лежит и смотрит на меня своими угольными глазами.

Я уже хотел было отвернуться, но тут рунист протянул руку и что-то начертил в воздухе. Прямо передо мной вспыхнула руническая печать и сразу же осыпалась пеплом. Рана на плече зашипела, на глазах покрываясь коричневой коркой.

– Спасибо, Гелард или как там тебя. Хорошо, что я не отрубил тебе вторую руку.

Бывший телохранитель Милославского покачал головой.

– Бранд, стало быть. Ладно. Запомню. Ты давай там, не подыхай.

Где-то на краю сознания раздались крики. На трибунах творилось что-то невообразимое. Надеюсь, Демидов не устроил там маленький апокалипсис, а то с него станется. Судя по тому, как он относится к своим людям, Милославского ждут тяжёлые времена.

– Паша!

Рядом плюхнулась Шуйская. Она принялась осматривать моё тело, быстро перебирая тонкими пальчиками. Они ощупали половину моей грудины и запорхали над зияющим отверстием в плече.

В ране защекотало.

– Спину жжёт.

– Ну-ка давай на бочок. Ох ты ж!

– Что там!

– Твой доспех. Он оплавился. Даже пассивка не помогла. Потерпи, сейчас легче станет, – Шуйская снова закрутила пальцами и жжение пропало.

– Да не переживай ты так, это как весь день пролежать на солнце. Что там?

Конфликт, к счастью, задохнулся, так и не успев начаться. Милославский со своей шайкой быстро покинул арену, Демидов же, молодец, сдержался и не стал развязывать бойню.

Ну и правильно, с такими людьми нужно по-другому, к тому же, целился начальник канцелярии не в меня, а в своего, по сути, человека, и в какой-то мере был в праве. Некоторые Рода жестоко обходились со своими людьми, тем более, с иноземцами. Они считались нечто средним между рабами и расходной боевой единицей.

Самое интересное, близнецы победили бы, но на их голову попался нераскусаемый орешек.

Через полчаса я уже лежал в клановом госпитале. В одной палате с Наговицыным. Правда, делать с нами там особо ничего не стали. Хватило тех лечилок, что наложил на нас присутствующий на дуэле лекарь. К тому же, руническая магия близнецов оказалась на порядок эффективнее того, чем пользовались клановцы.

Как сказал лекарь, мои кости и мышцы срослись буквально за считанные минуты, так что, отлежав для приличия на больничных койках пару часов, мы с Наговицыным отправились в палату с близнецами.

Их доставили вместе с нами и определили в специальном боксе, с глушилками против боевых заклинаний и усиленной охранной.

Руки близнецы себе сростили сами, только под присмотром главного лекаря.

– Как они? – спросил я у тучного лысеющего эскулапа, в белом медицинском халате и таких же белых штиблетах.

– Удивительно, но нашей помощи даже не понадобилось! Это уникальный дар! При чём у обоих! Оставь их на арене и отдай им их же отсеченные конечности, через час они бы были готовы продолжать бой!