— Это правильно, — кивнула девушка.

Про то, что у неё не получилось воспользоваться своими чарами против гномов, она решила не упоминать.

Уже ближе к вечеру мы загрузились в военный самолёт и поднялись в воздух, направляясь обратно в сторону Сочи. Летели с нами и тяжело нагруженные гости.

О том, что бригада гномов справилась со своим заданием, меня, естественно, оповестил Оралиус, который так кричал в трубку, что мне пришлось убавить громкость на минимум. И я едва смог услышать голос Легина, который просил поговорить со мной.

— Передай трубку, — попросил я орущего от счастья Оралика, но тот не среагировал, поэтому пришлось повторить ещё несколько раз.

Когда, наконец, до того дошло, что нужно, он передал гному телефон.

— Простите, разрешите взять с собой некоторое количество того камня, от которого мы освобождали подвал? — аккуратно попросил меня Легин восхищённым голосом.

— Бетона? — переспросил я. — Зачем он вам? Я думал, вы продуктов возьмёте, чтобы хотя бы на один пир настоящий хватило. А вы — бетон.

— Вы не понимаете, — мягко, но с упором проговорил гном. — Это совершенно необычный, как вы его назвали, бетон! Я ничего крепче в своей жизни не видел. Он должен лежать в нашем зале гордости гномов!

— А продукты? — переспросил я, используя не очень честный аргумент. — Твой сын нуждается в них, а то в него от слабости снова демоны вселятся!

— Продукты съедят, и от них ничего не останется, — проговорил гном, после чего его голос стал мечтательным. — А бетон… особенно такой прочный останется на долгие века.

— Хорошо, берите, — ответил я, понимая, что уменьшаю полезную нагрузку самолёта. Но что я мог делать? — Только не много.

— По центнеру возьмём, — проговорил он и, видимо, улыбнулся в трубку.

Я прямо увидел это выражение лица.

— Нет! — шестьсот килограмм никому не нужного бетона? Меня расстреляют. — По пятьдесят килограмм и хватит.

— Ну, ладно, — со вздохом заметил гном, не став спорить, и передал трубку обратно инкубу.

Но его вопли я уже слушать не собирался, поэтому завершил звонок.

Таким образом Оралиус и Дезик остались в доме, в Смоленске. А я отправился обратно к гномам в сопровождении тётки и Гагарина.

Причём, Ксения Альбертовна весьма тепло отнеслась к Алексею. Жалась к нему, соблюдая при этом нормы приличия. А вот Гагарин взаимностью не отвечал. Скорее, наоборот, пытался от неё дистанцироваться. Подобное поведение вояки мне было неясно, но я решил устроить разбор полётов позже. Сейчас самым важным для меня оставались гномы и их продовольственная безопасность.

Впрочем, стоило тётке задремать, как Алексей тут же изменился. Он уложил её поудобнее и прикрыл пледом, чтобы Ксения Альбертовна не замёрзла. Сам же сел рядом и следил, чтобы ничто не побеспокоило женщину.

Очень интересно, конечно, но ничего не понятно.

К десяти вечера мы были уже в Сочи. И вот тут я увидел настолько скоростную разгрузку, что даже представить себе не мог. Весь наш скарб, включая бетон, прихваченный гномами, перекидывали на вертолёты и отправляли их в горы.

— Вам бы поспать, — обратился Гагарин к тётке. — Давайте я договорюсь, чтобы нам выделили номер.

— Да что вы?! — изумилась та, причём, сделала это настолько натурально, что я едва сдержал смех. — Времени же в обрез! Срочно в горы!

Во время перелёта вскрылась ещё одна трудность, о которой я сразу как-то не подумал. Тётка и гномы совершенно друг друга не понимали. Совсем. Как и Гагарин, впрочем. Но тут дело обстояло гораздо серьёзнее, ведь Ксения Альбертовна должна была объяснить коротышкам, как собирать и пользоваться теплицами.

— Совершенно ничего не понимаю, — сокрушалась та, качая головой. — И они меня тоже. Может, как-то изучить? Да времени-то нет, — казалось, что этот факт смутил её больше всего.

— Помолись Рандому, — подсказал я, тепло ей улыбаясь. — Он поможет.

Имеющейся благодати мне хватило в обрез. Я помог тётушке с пониманием гномьего языка. Конечно, потом это ей нигде не пригодиться. А вдруг? Но это было не всё.

Рассказать гномам всю информацию в полном объёме не представлялось возможным, поэтому нужна была справочная литература. А та, как стало очевидно, имелась только на русском языке.

Пришлось ещё троих самых смышлёных коротышек выучить русскому. Они долго пытались распробовать его, словно непривычное блюдо, но затем он им явно понравился.