– Если не ты, то чего ждал? – усмехнувшись, спросил я. – Мог бы и сам дристуна спугнуть, чтобы неповадно было. А так…

– Я только подошел и в невинность играть не собираюсь, – оскалился в ответ Бобров. – Твои проблемы – только твои, меня в них не вмешивай.

– Тогда какого черта тебе здесь нужно? – проговорил я, опершись о дверной косяк, но при этом держась так, чтобы можно было в любую секунду перейти в контратаку или отступить в глубь комнаты.

– А что с тебя можно взять, кроме ботинок? – усмехнулся Бобров, скрестив руки на груди. Почти минуту мы стояли, буравя друг друга взглядами, и наконец он не выдержал. – Не знаю! Ясно тебе? Не знаю, на кой черт я в вашу помойку уродов приперся. Черт дернул.

– Ну, раз ты совесть чертом называешь, может, оно так и есть, – без тени улыбки ответил я бывшему сопернику. – Только ты сам знаешь, что это я должен быть в «А» группе по результатам экзаменов, а совсем не в «У».

– Может, ты весь письменный на двойку написал? – пожал плечами Бобров, повернувшись вполоборота. – А боевку нам назначили так, для общего развития.

– Если ты пришел спросить, не убивал ли я Кина, нет, не убивал. Вырубил, как и тебя, а потом какой-то придурок проломил ему ребра кувалдой, – произнес я, внимательно глядя на реакцию соперника. – Тебе сильно повезло, что жертвой выбрали его, а не тебя. Иначе сам бы примерил деревянный макинтош.

Конец ознакомительного фрагмента.