Дашка в этот момент как раз заподозрила неладное. Она, кстати, пряталась на улице в траве и прекрасно видела, как мимо промчался этот неадекватный. Обратно он не собирался выходить и девчонка поняла, что-то пошло не так. Выбралась из своего укрытия, а затем отправилась на поиски того, кто вообще-то должен искать ее

— Выходи! Ты где?! Это я должна прятаться! — Крикнула Дашка Богомолу.

— Легко сказать, выходи, — В ответ заорал ей неадекватный.

Вот тут я усомнился в рассказе Богомола. Просто на столь связные, разумные предложения он не сильно способен.

— Так и что? — Не выдержала Фокина. Потому что пантомима затягивалась, а бестолковая речь неадеквата становилась все более взволнованной. — Дашка где?

— За помощью ушла. — Совершенно нормально ответил Богомол. Чем удивил меня изрядно. Видимо, пережитый стресс благотворно повлиял на его поведение.

— Да ёлки-палки… — Мишин всплеснул руками. — То есть, мы ее ищем тут. А она уже в лагере. Вообще, трындец…

И тут Вася, не иначе, как от нервов, в расстройстве, топнул ногой. Последнее, о чем я успел подумать, убью гада.

Потому что, конечно же, старые доски не были рассчитаны на вес Мишина. А вернее на то, что он будет по ним долбить своими ногами. Я очень хорошо понял Богомола, когда он рассказывал и показывал свой полет к центру земли. Вот точно такое же ощущение возникло и у меня. Казалось, лечу в какую-то бездонную пропасть. Судя по воплям, раздававшимся рядом, летел я не один. Летели мы всем составом.

Наконец, я приземлился в отвратительно припахивающую грязь. Сверху, прямо на меня, рухнул кто-то из девчонок. Даже не понял, кто именно. Рядом грохнулись Мишин и Ряскин.

— Вася… Ну, блин… — Я выбрался из-под Фокиной. Оказалось, это она шлёпнулась практически в мои объятия.

— Класс… — Ряскин встал на ноги, пытаясь отряхнуться. — Вот это мы отлично ребенка спасли. Вот это мы прямо герои. Теперь точно сегодня из лагеря вперед автобуса побежим.

— Эй, народ…– Селедка, оказавшаяся чуть в стороне, позвала нас тихим задумчивым голосом.

— Да погоди ты! — Отмахнулся Антон.

— Нет. Это вы погодите… А лучше, гляньте сюда…

Слова Тупикиной и интонация голоса заставили нас подойти ближе к ней. Вернее, кого-то подойти, а кого-то подползти. Мишин стонал, что у него сломано все, он двигаться не способен. Хотя на четвереньках приполз очень быстро.

Мы молча уставились на одну стену этого помещения, которое находилось когда-то под комнатой. Там отчётливо было видно маленькую дверцу.

*** Важная информация в блоге соавтора) https://author.today/post/452723

В этой новой жизни я уже перестал чему-то удивляться. Так мне казалось. Но… Нельзя недооценивать окружающую меня реальность. Убедился в этом снова.

Только Петя Ванечкин мог оказаться в ситуации, в которой он оказался. То есть я оказался. В вонючем подвале, в компании таких же рукожопых недоумков. Просто вместе с этим нелепым сосудом мне, похоже, передалась его нелепая способность вхерачиваться в жир ногами. За все годы своего существования, прежнего, конечно, я не попадал столько раз в какие-то дурацкие обстоятельства, сколько за эти недели.

Если проследить цепочку всех событий, которые привели нас к этой двери, то отправной точкой я и был. Мне пришла в голову мысль, как остаться в лагере. Я надоумил Дашку отправиться на поиски знамени. Вернее, тут, конечно, не только я. Тут дядя Родя еще постарался. Но тем не менее, побег девчонки тоже связан со мной. Я отправил Мишина и Ряскина составить компанию сестре Ванечкина. Ну, и дальше, каждое событие цеплялось друг за друга, напоминая конструкцию из домино. Толкнешь одну костяшку, автоматом полетят все, по очереди, падая друг на друга.

И вот теперь дверь…

Сначала желающих ее открыть было много. Если говорить более конктерно, то все. Мишин, Ряскин, Селедка, Маша, даже Богомол. Только у меня имелось сильное опасение. И оно, кстати, на фоне предыдущих событий, обоснованно. Просто в этой новой жизни, как в суде, все сказанное может быть использовано против вас. Так и здесь. Каждый следующий шаг может оказаться хреновее предыдущего.

Поэтому в первые несколько минут я тупо держал оборону. В полном смысле этого слова. Встал, прижимаясь спиной к дверце, раскорячился, и упорно не хотел кого-то к ней подпускать.

— Ну, как?! Ты что? — Мишин аж подпрыгивал на месте от нетерпения. — Как не будем открывать? А если там, к примеру, пристанище Белой Дамы. Если мы, наконец, раскроем секрет ее существования?!

— Белой Херамы! — Я рявкнул на Васю, уже не особо переживая о его тонкой душевной организации. — Угомонись ты с этой дамой. Нет привидений. Не существует! И загробной жизни тоже нет! Ерунда это! Ты умрешь, тебя зароют в землю и дальше не будет ничего. Ясно? Фокина! Скажи ему!

— А что я? — Маша посмотрела на меня выразительным взглядом. Мол, ты что творишь? Палишься со страшной силой!