— Крутой тип… — Повторил Ванечкин вслух непривычное словосочетание.

— Ты долго будешь так себя вести? Как идиот, честное слово.

Ванечкин повернулся к Маше. Да-да… К той самой Маше. Кто бы мог подумать, что в этой истории они окажутся вместе. И Петя знал, в Фокину, как и в него, тоже вселился псионик.

— Я не представляю, как все это можно будет объяснить… — Маша в ту сторону, где валялись остатки Богомола и Елены Сергеевны тоже не смотрела. — Слушай, как думаешь, а этот Боря и его… ну… любимая… Они тоже исчезли? Как и наши псионики…

Петя пожал плечами. Он просто еще не до конца пришёл в себя. А вот Фокина достаточно быстро оправилась от случившегося. Ей потребовалось около пяти минут. Все-таки Маша необыкновенная девочка. Не зря он в нее влюбился.

После странного взрыва, который воронкой утащил с собой того, кто сидел в Пете, и который убил вожатую с Богомолом, Маша первой вскочила на ноги.

Просто и она, и Ванечкин сначала упали на землю без сил. Ощущение было такое, словно разом отказали все части тела.

— Ванечкин… — Маша поднялась с земли, покачиваясь, и потянула Петю вверх, за собой. — Ванечкин, ты тоже это все видел? Ты это все помнишь? Да? Скажи, что помнишь. Что я не сошла с ума.

Петя конечно же заверил Машу, что с ней все в порядке. Ну… Настолько в порядке, насколько можно говорить такое в подобной ситуации. Да, это не приснилось им. Псионики были. Всё было.

— Какой ужас… — Протянула Фокина.

Ванечкин посмотрел в ту же сторону, куда смотрела она, и вот тут его как раз стошнило.

Они еще около десяти минут тупо стояли посреди поляны. Стояли, не зная, как поступить. По факту, очень скоро в лесу найдут порванные на части тела вожатой и Богомола. Конечно, никто не подумает на двух пионеров. Более того, никто не подумает, будто это — результат действий человека, потому что ни один человек не способен совершить подобное. Никто из обычных людей…

В этот момент Петя вдруг отчетливо понял… Он больше не хочет быть обычным…В голове калейдоскопом пронеслись воспоминания псионика. Петя их все сохранил. Вот там… В этих воспоминаниях, было круто. Да, круто. По-настояшему.

— Маша… — Ванечник заглянул Маше в глаза. — Ты все-все помнишь? И про дневник? Про создание псиоников?

— Угу… — Фокина кивнула. — Я будто смотрела на все, что творится вокруг, из окошка. Просто ничего не могла сделать.

Маша пока еще не понимала, к чему идет разговор. Но Петя уже все решил. Решил и за себя, и за Машу. Он точно знал, говорить об этом нужно сейчас, сразу. Именно сейчас.

Потом им необходимо уйти от этого места подальше и рассказать остальным, будто они разделились с вожатой. Нет. Никто не обвинит их с Машей. Тут все будет хорошо. Главное — совсем в другом. Теперь у Пети Ванечкина была настоящая цель.

Он положил руку Фокиной на плечо и абсолютно серьёзным тоном спросил.

— Как думаешь, мы смогли бы придумать эту вакцину, которая создаст псиоников?