— Кхм… — Иноичи кашлянул и несколько растерялся, — Ты меня удивил. Ко мне редко приходят с подобными просьбами, а если честно — ты первый, кто по доброй воле идёт на такое.

— Мне требуется помощь; с подобного рода проблемой мне не справиться одному. — Честно, без стыда и лишних эмоций, я признался в собственном бессилии.

— Как скажешь. Ложись спиной на диван, закрывай глаза и постарайся расслабить сознание. Процедура может оказаться не приятной и несколько затянутой. Однако её можно ускорить. Тебя что-то смущает в воспоминаниях о последней миссии, что случилась четыре дня назад? — Решил уточнить мастер чтения памяти для облегчения работы.

— Да… — ответил ему, выполнив все требования и постаравшись расслабиться.

Вскоре я почувствовал прикосновение чужой руки к голове, а после меня потянуло в сон…

(***)

Спустя немного времени.

Иноичи поднял руку с лица юноши и отошёл от спящего Какаши, вытерев пот со лба, он глянул в сторону своего друга и обратился тоном не предвещающим ничего хорошего: — Минато…

— Ты что-то нашёл? — Забеспокоился Намикадзе, готовясь к худшему. Несмотря на внешнюю спокойность, внутри он испытывал переживания за своего единственного оставшегося в живых ученика.

— Да, но всё куда запутанней, чем я себе представлял. — Усталым голосом сообщил Иноичи, прикрыв глаза и став массировать виски от нахлынувшей головной боли. — То, что случилось с твоим учеником на последней миссии слишком странно и порождает лишь ещё больше вопросов.

— Какаши ничего не угрожает? — Всегда ровный и спокойный голос Минато изменился став взволнованным.

— Сейчас нет. Во всяком случае, физически, а вот за его психику и ментальное здоровье я не уверен. В своём возрасте он успел пережить крайне многое. — Блондин с сочувствием оглядел спящего юношу.

— Ты слишком долго ходишь вокруг да около. — Намикадзе вернул внимание Яманаки к разговору.

— Да… — задумчиво, — есть такое. Я просто никак не могу собраться с мыслями.

— Скажи прямо, он опасен для деревни? — Несмотря на чувства к подопечному, Минато являлся не только наставником, но ещё и большим патриотом.

«Не желаю даже думать об этом, но Ками прошу, не заставляй меня хранить последнего ученика собственными руками…» — про себя Намикадзе даже помолился богу, страшась услышать худшее.

— Нет. — Услышав это, Минато с облегчением выдохнул. — Я не обнаружил ничего знакомого, что могло бы сказать, что он спящий шпион. Но, кое-что странное всё-таки есть.

— Знакомого… — повторил Минато и задумался, — может ли оказаться так, что другие селения придумали новый способ маскировки шпионов?

— Полагаю, будь это так, он не пришёл бы сюда с такой неординарной просьбой. Думаю, суть тут закопана в совершенно другом месте.

— Судя по твоему тону нам предстоит нелёгкий разговор.

— Да… — протянул Яманака, оглядев спящего Какаши; юноша морщился от неприятных сновидений. — Разговор будет не лёгким и очень длинным. И нам потребуется твой ученик. Думаю пора его будить.

(***)

Почувствовав, как рука дотронулась до головы, я вскоре уснул.

Или это только было похоже на сон, но сном не являлось?

Странные ощущения окутали мой разум.

Я словно вспоминал, но вспоминал не по своей воле. Меня заставляли вспоминать. Боли не было, но всё равно ощущения оказались неприятны. Интуиция и все остальные чувства так и говорили о противоестественности всего происходящего. Я чувствовал, что могу сопротивляться этому но, несмотря на ощущения, я оставался податлив и постарался сохранить спокойствие.

Стоило только разобраться в происходящем, как я начал прикладывать усилия, дабы помочь Иноичи просмотреть память.

Я умышленно стал вспоминать тот проклятый день.

Миссия, похищение, спасение, погоня, роковой Райкири пронзающий грудь любимой… кровь, свет, чириканье тысяч птиц и её лицо. После чего тьма и смена воспоминаний. Я шёл, среди трупов к мёртвой Рин, спокойно прошёл мимо своего тела к ней, взял девушку на руки и снова тьма. Воспоминание оборвалось, словно от него оторвали кусок. Однако теперь я смог вспомнить и кое-что ещё: пещеры, белых подобно мелу людей с зелёными волосами, старика на каменном троне и большую и страшную статую. Последние воспоминания оказались резкими и крайне расплывчатыми обрывками, но зная мангу, я узнал всё то, что мельком увидел.

Вспоминать всё это было больно, но на этом неприятный процесс не закончился. Вспомнив один раз случившееся, я стал вспоминать ещё и ещё, вспоминая каждое слово, каждый звук, каждое чувство что испытывал в тот момент. И если раньше я не замечал ничего странного, то сейчас, справившись с горем потери, мой разум легко обнаружил ряд нелогичных действий.

Рин как-то мельком обмолвилась, что в неё запечатали биджу.

Скорей всего план врагов похитивших девушку, заключался в том, чтобы я отвёл Рин в Коноху, где из девушки распечатался биджу и уничтожил нашу родину, но в таком случае, они должны были нас пасти и после отпустить, однако группа врагов поступила по-другому. Они окружили нас и вынудили драться. Однако Рин решила всё за нас двоих и каким-то образом оказалась перед моей атакой, да так быстро и неожиданно, что я попросту не успел отвести в сторону смертельную технику.