Великий и мудрый король Цветинии побледнел. Он бросил на меня испуганный взгляд и замотал головой:

– Нет… Нет! Моя дочь еще очень молода. Ей только-только исполнилось восемнадцать.

– У принцессы есть недостатки, – вполне серьезно заявил наглый тип, который даже не думал выпускать меня из своих загребущих рук, – Но ее жизнь станет надежной гарантией безопасности моего королевства. К тому же ваш сын тоже еще молод. Сколько ему? Лет двадцать. Сейчас он в моем плену, а у нас в казематах очень тяжелые условия содержания, ваш наследник может и не выжить.

– Сын?!

– Брат?!

Воскликнули мы с папой одновременно. Горенец усмехнулся и, наконец, поставил меня на пол, слегка склонил голову в мою сторону в знак приветствия и неожиданно представился:

– Харн, правитель Горении. Вы согласны, принцесса, выйти за меня замуж для укрепления добрососедских отношений между нашими странами?

– Если я соглашусь, вы освободите Майкора? – прямо спросила я. Харн улыбнулся мне неожиданно искренне.

– Да, как только мы прибудем в Фирл, я отправлю домой его и еще около сотни пленных в сопровождении моих людей. Кроме того, я оставлю рядом с королем на год десять лучших своих бойцов для защиты. Вы потеряли полутысячное войско в глупой войне с нами, и мы при взятии столицы уничтожили остатки вашего гарнизона. Сейчас вы беззащитны. Думаю, зиморцы уже продумывают план нападения. Если они смогут присоединить ваше королевство к своим землям, у них будет выход к морю, и им не придется платить за транзит своих грузов через вашу территорию. Очень привлекательная цель, не находите, сир?

Отец стоял бледный и с тоской смотрел на меня. Кажется, слова Харна задели его за живое. Я и сама знала, что этот жестокий человек прав. Мы остались без армии, без денег. Теперь наше королевство может спасти чудо. И как это ни странно, Харн предлагал нам это чудо в обмен на жизнь семидесяти женщин и принцессы.

Цветинцы испокон веков умело отстаивали свою независимость. Мы были самыми слабыми среди соседей, но и самыми хитрыми. Неужели я не смогу ужиться с этим мужчиной? Он такой же, как и зиморец, за которого меня собирался выдать отец. Мне было страшно, но ради отца, Майкора и народа я решилась:

– Я согласна…

В глазах отца сверкнули слезы, но его речь прозвучала уверенно:

– Я благословляю ваш брак и благодарю тебя, правитель Харн, за защиту.

Мужчина кивнул отцу, долго всматривался в мои глаза и неожиданно заявил:

– Прекрасно. Идем отдыхать, невеста. Завтра на рассвете мы поженимся по вашим обычаям и сразу отправимся в путь. Генерал Шерл, помогите королю в поисках женщин и подготовке к свадьбе.

– Слушаюсь, повелитель! – тут же отреагировал самый светловолосый из гигантов, стоящих в зале.

Харн подхватил меня под руку и повел прочь со словами:

– Показывай, где твоя спальня.

– Позвольте, я сам провожу свою дочь! – опять вступился за меня отец. Я выдохнула с облегчением. Сегодня мне уже пришлось защищать свою честь, и я едва не погибла. Да, Харн скоро станет моим мужем… уже завтра станет моим мужем, но у меня есть целая ночь, чтобы с этим смириться! Мне нужна была эта ночь для смирения…

– Не позволю, – последовал жесткий отказ, – Сир, вам есть чем заняться! А нам с невестой нужно привыкать друг к другу!

И он молча потащил меня в коридор. Только покинув тронный зал, горенец выпустил мой локоть и коротко скомандовал:

– Веди.

Я и повела… Сердце стучало где-то в районе горла, ладони вспотели, каждый шаг давался с трудом, ноги налились свинцом.

– Кто был с тобой в тайном ходе? Когда ты так удачно свалилась мне в руки, там мелькнула тень. Чья? – спросил Харн, и в его голосе было столько скрытой агрессии, что я сразу поняла, лучше ответить как есть.

– Моя служанка Нати.

Я старалась не смотреть на жениха, он слишком меня пугал, но кожей чувствовала, как его взгляд скользит по мне, будто насквозь просвечивая мою голову.

– Хорошо.

«Поверил», – с облегчением подумала я.

Дальше мы шли без лишних разговоров. Харна явно не напрягало наше молчание, а вот мне оно казалось зловещим. Когда мы подошли к моей спальне, я хотела одного: поскорее спрятаться от этого странного жестокого человека. Но прекрасно понимала, что за это придется побороться!

– Пришли, – сообщила я, останавливаясь у родных дверей.

Харн распахнул их и в приглашающем жесте позволил мне войти, я развернулась на пороге, чтобы попрощаться и не дать ему проникнуть в мою комнату, но он уже сделал шаг и врезался в меня. Я отскочила от его торса, твердого, будто каменного, как кошка от собаки. Он обхватил меня за талию, и только это спасло меня от позорного падения.

– Принцесса, ты слишком часто падаешь ко мне в объятия. Даже для невесты это чересчур, тебе не кажется? – ехидно спросил Харн. Его лицо было так близко, что я смогла рассмотреть, что ран у него нет, а пятна на щеках – чужая кровь. Еще я поняла, что у него стального цвета глаза, холодные и пронизывающие до костей, как осенний дождь.