— Чашечку до, чашечку после, и пару во время, — уточнил я.

Изабелла же заказала какой-то десерт из фиников и инжира.

Когда с этим было покончено, мы, наконец, перешли к делу.

— Мне доложили, — начала она, — что ты попытался передать какое-то послание высшему руководству клана Веласко.

Я улыбнулся.

— Раз ты здесь, значит, не попытался, а передал. Не так ли?

— Во всяком случае, со мной ты можешь прямо обсуждать всё произошедшее между вами и представителями моего клана, — уклончиво ответила она.

Нас прервал официант. Похоже, Изабелла действовала не только на них, но и на поваров совершенно магическим образом. Поскольку они умудрились приготовить наш заказ буквально за несколько минут.

— Благодарю, — вежливо улыбнулся я работнику.

А вот моя собеседница даже не удостоила его взглядом, принимая всё как должное. Что ещё взять с нуворишей?

Любопытно, кем она приходится старику Альваро?

— Так вот, — снова обратился я к ней после того, как сделал глоток, — род Веласко причинил мне имущественный ущерб.

Она вопросительно приподняла бровь.

— Могу я узнать подробности?

— Я готов составить официальную претензию. Но, если кратко, ваши люди раз за разом вламывались в мой дом и постоянно что-то в нём разрушали.

— О, — приняла она сочувствующий вид, — это и впрямь неприятно. Уверена, теперь мы во всём разберёмся.

Я с любопытством за ней наблюдал. Удивительно, но это практически первая эмоция, которая засветилась на её лице с момента нашей встречи.

— То есть вы готовы компенсировать ущерб? — поинтересовался я.

— Я думаю, мы с этим справимся, — кивнула мне Веласко. — Это явное недоразумение. Подавайте расчёт, и мы всё компенсируем.

— Превосходно, — ответил я, — я так и поступлю.

— Если это всё, — улыбнулась она, снова продемонстрировав симпатию, — тогда предлагаю вернуться к трапезе.

— Конечно, — согласился я, отрезая кусок стейка.

На вкус он, к слову, оказался так себе. Я бы предпочёл обычную телятину.

Ели мы в тишине, изредка перекидываясь ничего не значащими светскими фразами. А, когда ужин подошёл к концу, Изабелла изящно выскользнула из-за стола и протянула мне ладонь для рукопожатия.

— Скрепим наше приятное знакомство и договор, — снова с улыбкой обратилась она ко мне.

— Был рад с тобой познакомиться, — вернул я ей такую же вежливую прощальную фразу.

Жать ей руку в мужской манере я не стал. А по-джентльменски приложил её к своим губам.

Каков наглец!

Но при этом крайне интересный объект. Что-то было в этом Рихтере, что пробуждало в Изабелле любопытство. Таких как он, Белла определённо не встречала.

Если уж совсем честно, то Максимиллиан ей даже понравился. Может быть, будь они равны и случись их встреча в других обстоятельствах…

И всё же, обвинить её род в каких-то набегах на никому не нужную лекарскую халупу?!

И он посмел сделать это, глядя прямо ей в глаза!

Изабелла привыкла, что на неё смотрят украдкой, прячут взгляд, боятся и заискивают. Но Макс ни капли её не опасался. Хотя она совсем не чувствовала в нём привычной магии. Если бы она оценивала его силу, то едва ли бы сказала, что он превзошёл уровень магистра.

Но что-то… какая-то сила будто бы всё равно угадывалась. То, как он говорит, двигается, подаёт себя.

И при всём при этом, в нём не было совсем никаких понтов. Он одинаково вежливо общался и с ней, и с официантом. Хотя она видела, что этот человек, как и она, привычен к роскоши.

Нет. Всё же, он крайне интересный объект.

Белла с большим удовольствием изучала бы его дольше.

Но дело превыше всего, а ей хотелось эффектно завершить это недоразумение, и показать местным пентюхам, что она одна способна решить проблему их представительства за один день.

Тело Беллы вырабатывало уникальный контактный яд.

Его формула была индивидуальна для каждого из высших Веласко. Противоядия не существовало.

Ей было всё равно, на что соглашаться в разговоре с Рихтером, поскольку от этого яда после рукопожатия он неминуемо должен умереть.

Но даже сейчас он сумел её удивить, когда, ничуть не смущаясь, поднёс её кисть к своим губам.

Нет, ну каков наглец?!

Поведение Изабеллы за ужином мне сразу показалось подозрительным. Больно уж покладистой и вежливой она стала.