– --

После получаса подъёма, я уловил вдалеке человеческие голоса. Три представителя хомо сапиенс громко обсуждали между собой особенности состоявшегося, судя по всему, раунда игры в карты. До них было с пару километров, так что время подготовиться к встрече имелось.

Угрюмый Воджтеч поведал, что это, наверное, охрана замка. Танит никого в своё логово не пускал, а заставлял подручных бдеть на единственной дороге, разместившись в расположенной неподалёку пещере. Поняв, с кем именно нам предстоит встретиться, я решил сходить к ним с женой на разведку.

Но прежде чем пойти туда, требовалось как-то избавиться от Пятачка. Доверия к нему у меня не было, и как он ни пытался убедить, что нас не выдаст, я был не приклонен. Зверем я не был, так что, связав и воткнув в его рот кляп, запихал в обнаруженный под корнями поваленного дерева лаз под землю.

Посидит там, ничего ему не будет. Берлога была пустой, МодоНюх об этом говорил уверенно. Нанеся на лица маскирующую раскраску, я с Машей постарался максимально слиться с растительностью. Полуприсядью, не делая резких рывков, мы устремился к секрету на дороге.

Через полчаса наших утомительных телодвижений, перед нашими глазами появился тёмной зёв полости в этих доломитовых скалах, перед которой весело трещал костерок. Трое парней устроились вокруг него с относительным для себя комфортом.

Выглядели они колоритно. Холщовые штаны, кожаные куртки, небритые лица, грязные взлохмаченные волосы. Поражало, что один был с очень длинным носом, из-за которого то и дело поворачивал голову чуть в сторону, чтобы он не мешал его глазу смотреть прямо.

Другой тоже был не без уродства. Его большие губы производили впечатление жирных гусениц. Зажатая в них сигарета была едва заметна, почти полностью скрытая красной массой кожно-мышечных складок. Просто мечта современных тиктокерш. Чтобы их накрасить, нужно, наверное, целый тюбик помады потратить.

Лицо третьего часового было бы нормальным, но Машу оно заинтересовало особенно. Причиной её пристального интереса стал его сильно повышенный волосяной покров. Его длина была запредельной, и как заметила Маша, он продолжал прямо на наших глазах расти дальше. Рядом с туристическим стулом, на котором сидел этот человек, лежала пара пакетов наполненных отрастающим эпидермисом, а ножницы, торчащие из кармана, давали понять, что процесс производства поставлен на поток.

Развалившись на туристических стульях, уродцы передавали из рук в руки полупустую бутылку с мутной жидкостью, бросая взгляды на котелок, висевший над огнём. На столике, вокруг которого они сидели, были игральные карты, а также кучка золотых украшений, служащих, судя по всему, ставкой.

Глаз зацепился за золотой человеческий зуб, который один из часовых поставил на кон. Гадать о том, как именно он достался в руки приспешников, не приходилось. Труп, судя по одежде и выбритой тонзуре на макушке - монаха, лежал от костра неподалёку.

Смотреть на них было противно. Хорошо, что хоть не каннибалы. В котелке над костром булькало варево, и Стереоосязание уловило, что варится там несколько сортов вполне себе нормального мяса. Говядина, свинина и какая-то дичь, картошка, томат, перец и ещё какие-то неопознанные овощи. Резкая нотка паприки, заставила зажать нос, чтобы не чихнуть. Бограч готовят ироды, словацскую вариацию гуляша.

Сглотнув слюни, я оглядел диспозицию. Положить эту троицу можно элементарно. Сначала расстрелять из Арбалетов на запястьях, а потом добить Молотом. Однако их гибель встревожит того, что затаился в Муранской крепости. Поделившись этими мыслями с зельеваршей, я услышал от неё дельный вариант нейтрализации.

Чертя на земле брюхом узоры, я переместился на противоположную от Маши сторону развернувшегося перед нами застолья. Прокрутив в голове воспоминания, я напряг горло. Из моего рта раздался медвежий рёв, симуляция которого вышла, на мой взгляд, почти идентичной оригиналу.

Приспешники возле костра вскочили с места и схватили лежащие возле них карабины. Полуприсядью, я начал быстро удаляться от костра, не забывая порыкивать. Встревоженные часовые, переглянувшись, справедливо решили, что лучшего решить проблему проснувшегося шатуна до того, как тот решится восстановить ими свой кислотно-щелочной запас, израсходованный во время спячки.

Оставив длинноволосого у костра, двое побежали в мою сторону. Мне улыбнулась удача, это были именно те, кого я выманивал. Оставшийся у пещеры из-за густых бровей и длиннющих ресниц мало что перед собой видел. Слушая за спиной чавканье грязи под словацкими подошвами, я уводил парочку подольше от костра, не отрываясь при этом от них слишком далеко.

Требовалось сделать так, чтобы они не бросили бесполезную погоню и не вернулись доваривать свой боргач. Пока за мной шла погоня, зельеварша не теряя времени, метнулась к котелку. Её визит для часового остался незамеченным. Запутавшийся в своих волосах охранник умудрился упасть, и ему было не до охраны.

Пока он, ругаясь, поднимался, а потом наощупь, прореживал свою растительность ножницами, собранные Машей ягоды уже во всю улучшали вкус гуляша. Услышав вдалеке её совиное уханье, я прекратил валять дурака и включил вторую скорость.