Предупреждённые хилершей заранее, мы прикрыли глаза, поэтому от взрыва никто из нас, в отличие от танитов, не пострадал. Единственного оставшегося в живых донора, бритого на лысо и со свастикой на черепе, добила Валя, спрыгнувшая к нам. Подскочив к оглушённому противнику, она воспользовавшись Навыком Ножи и перерезавшая ему горло.

Когда счётчик в Интерфейсе тренькул, я оценил вторым зрением растворяющиеся "крошки", оставшиеся от паразитов. Как нам и обещал Смайл, было там порядка двадцати процентов от изначальных объёмов. Жалко, что всё нельзя поглотить, но против физики не попрёшь.

– --------------------------

Понедельник (19.01)

Физика была на нашей стороне и в конце прошлой недели в Тульской и Московской областях, а также сегодня, на Орловщине. После успешного рейда, жёны принесли в Холл свои законченные картины. Поход к Айвазовскому добавил им ускорения и мои разукрашки они наконец-то доделали.

Когда я её создавал в середине ноября, то меня вдохновляла живопись, посвящённая Древней Греции и немного Германии, мы там как раз стажировались с Людой. Посмотрев на результат, я убедился, что своей цели достиг. Это очередной "шедевр".

– Вань, а почему на моей амфоре такая надпись?
– спросила Катя

– Так пиво же, вон как пенится, пока льётся. Вот и написано - "Жигулёвское".

– Это понятно, на бочке тоже написано, но почему на амфоре ещё указано "0%"?

– У нас же в стране закон о запрете рекламы алкоголя. А безалкогольное - можно. Вот и выкрутился, как мог.

– Тогда зачем его, если оно и так безалкогольное, ещё и водой разбавлять?
– спросила Лика.

Гайдерша была изображена наверху картины, порхающей крылышками и с кувшином в руках. Из него жидкость в бочку лилась прозрачная жидкость. Но на её сосуде была надпись - "Питьевая вода. Святой источник".

– Вы же ангелы, вот и обозначил. Источник же - Святой. А пиво такого я не знаю, знаю только воду. К тому же, как эту гадость безалкогольную не разбавляй, ей хуже не будет. Нечему там становиться хуже.

– Ну почему же?
– возразила Люда, показывая на пачку с таблетками.

На картине хилерша держала её за спиной, протягивая с широкой улыбкой кружку с пивом очередному страждущему.

– Как сделать безвредный напиток хуже ты изобразил очень популярно. Ты хоть знаешь побочку от димидрола?

– Глупый вопрос, все, кто разливное пил, её знают.

– Уже хорошо. А чего ты именно меня на картине заставил этим непотребством заниматься?
– спросила хилерша нахмурившись.

– Ты же тут пиво разливаешь. Это считай, святая женщина. Ну и в халате, белом.

– Понятно.

– А вот мне не понятно. Все тут изображены святыми, а почему я в форме?
– начала выставлять претензии Валя.
– И что за утырка я прессую? Раком его поставила, дубинкой замахиваюсь. И почему на моём лице при этом такая лыба?

– Всё там есть. Ты на свои погоны посмотри. Так-то там генеральские звёзды. К тому же в петлицах у тебя крылья. Так что всё по канону. Ты изображена ангелом возмездия!

– Одного не пойму, почему ты себя никак здесь не обозначил?
– спросила Катя.
– Зная твоё эго, странненько, что ты не изображён по центру в образе Бога.

– Я скромный, - соврал я.
– К тому же ты не права, я на картине тоже есть. Вон чубчик из-под бочки торчит. Это я там, прячусь, Люде под халат заглядываю и пиво из дырочки в бочке посасываю.

– Какой ещё дырочки?

– Ну как же? Вон лужа возле бочки, обо всё можно догадаться.

– Я думала это мой утырок обоссался, - призналась Валя.

– Нет, - поправил я, - Хотя и правда, очень похоже. Но не важно, главное - это идея, скрытый смысл. Четыре ангела и хитрый…

– Алкоголик, - встряла Катя.

– Труженик! Вон, на земле, возле лужи, рядом с чубчиком, компрессор лежит, а провод от него за границу картины тянется.

– Причём тут компрессор?
– удивилась Лика.
– Эмблема труда - это молот и серп!

– Потому что я вас всех долблю каждую ночь, а днём частенько поддалбливаю. Задолбался уже, ёлки-иголки, - с возмущением от непонятливости жён воскликнул я.
– Короче, не нравится - сожгу.

– Не надо, мы два месяца этот треш разукрашивали, - воскликнула Валя.
– Да и крылышки, ничё так получились. И титьки у Кати с Ликой.

– И распахнутый задравшийся халатик у Люды, очень интригующе, - добавила Лика.

– Да какая там интрига? Всё ж видно, - возмутилась Люда.
– Вот у тебя тога на картине всё прикрывает ниже пояса. А у меня бёдра нараспашку. Что за поза? Я же сидеть там должна, а не стоять согнувшись, всё выпячивая.