В дверь постучали. Это была Агнета. Я сказал, чтобы входила.

Девушка вошла робко, стеснительно. Не поднимая глаз, произнесла:

— Александр Константинович, доброе утро! Я хотела вас поблагодарить за то, что помогли мне.

— Я не мог поступить иначе, — ответил я, приглашая девушку присесть рядом.

Агнета села на край стула, положила руки на колени. Было видно, что она сильно стесняется.

«А ведь она красивая», — невольно отметил я. Красивая, только одета словно с чужого плеча.

— Выпьешь чего-нибудь? — предложил я.

Девушка ничего не ответила. Я налил себе и ей виски. Мы выпили. Немного помолчали. Я не собирался давить на девушку с расспросами, понимая, что ей сейчас тяжело. Вряд ли она по собственной воле оказалась в подвале Авдеева. Вчера она вела себя тихо, хотя по глазам и было видно, что она чертовски рада быть в этом доме. Девушка постепенно осваивалась. Взгляд ее поднялся, она начала осматривать кабинет.

— Тебе есть куда идти? — спросил я. — Кто-то из родственников? Семья?

Агнета вновь опустила глаза.

— Никого нет?! — удивился я.

— Никого, — тихо ответила девушка.

Мы еще выпили.

— Расскажи, что случилось? Как ты попала в лапы к Авдееву?

— Он забрал меня за долг.

Мой удивленный взгляд был красноречивее любых слов.

Мой отчим играл в карты. Последний раз, где-то месяц назад, сильно проигрался. И занял денег у Авдеева, чтобы отдать долг. Один вернул, а второй родил. И не смог отдать. Пришел Авдеев и забрал меня. Отчим не возражал.

Ладони мои невольно сжались в кулаки. Да разве так можно?

— Я из рода Герда. Его теперь нет, — продолжила девушка. — Долгое время не рождались мальчики, болезни, стычки с другими родами, не самая грамотная политика главы рода — как итог самой семьи не стало. Осталась только я да мать. Меня приютил глава рода Копытовых. С матерью он прожил не долго — свел ее в могилу своими выходками и пьяными дебошами. А потом игры в карты и рабство у Авдеева.

Девушка опустила глаза.

— Ты можешь жить у нас, — ответил я, не зная как еще могу помочь ей.

Агнета удивленно глянула на меня, прошептала:

— Нет! Я не могу воспользоваться ваше добротой! Я скоро уйду, только…

— Тебе есть куда уходить?

Агнета не ответила.

— У тебя есть деньги, чтобы снять жилье?

И вновь молчание.

— Тогда оставайся, сколько понадобится.

— Но… Я правда не могу просто так! Давайте, я хотя бы по дому могу убираться, помогать?

— Так слуги у нас есть, не нужно отнимать у них их заработок! Агнета, послушай. Я просто хочу помочь тебе, никакой платы не нужно. Можешь жить сколько нужно.

— Спасибо!

Девушка поднялась с кресла и сделала шаг навстречу.

— Спасибо вам большое, Александр Константинович!

Руки девушки ловко расстегнули пуговки на кофточке.

— Что ты делаешь? — не понимающе спросил я, глядя как Агнета быстро высвобождает упругую грудь из тесных одежд.

— Я просто хотела отблагодарить…

— Агнета! — почти рявкнул я. — Ты не за того меня принимаешь! Живи в доме сколько нужно -и никакой оплаты не нужно. Поняла?

— Поняла, — послушно ответила девушка. Вновь застегивая блузку. — Но если вдруг захотите…

— Агнета!

— Поняла-поняла! — поспешно произнесла она и шмыгнула за дверь.

Я проводил ее взглядом и принялся одеваться — к встрече с Пантелеевым, своим главным потенциальным покупателем камней, — я хотел быть подготовлен максимально.

Выбор костюма был не прост, но я все же решил надеть что-то не такое официальное, типа черного костюма, остановив свой выбор на клетчатом пиджаке и джинсах. А потом, под грызню химер под окном принялся делать то единственное, что меня могло успокоить и привести в равновесие — начищать пистолеты.

Прозвенел будильник, который я благоразумно поставил, вырывая меня из гипнотической сосредоточенности. Пора было отправляться на встречу.

Я спустился вниз. Встретил Лисенка. Она коротко доложила о текущих делах:

— Дарья спит — вымоталась после плена эмоционально сильно. Я ей лекарства даю на травах. Клехи ушли в башню еще ночью. Отряд «Каракурт» дежурит у внешнего периметра вашего поместья — господин Кривощекин, узнав о победе, отдал приказ вести дозор и охранять вас. И, кажется, он направил еще людей в подкрепление.