Было лето, мы ходили загорать на Бисерово озеро. Рядом с хрупкой Лорой я чувствовала себя «глупым пингвином», который «робко прячет тело жирное в утесах», я стеснялась своей широкой кости и высокого роста. А Лора, кажется, вообще не способна была чего-либо стесняться. Она нежилась на стареньком покрывале, рассматривала парней и девчонок на пляже и делала в их адрес замечания, иногда очень меткие и комичные, а потом могла вдруг сорвать травинку, провести ею по своему загорелому бедру и брякнуть:

— На самом деле можно любить женщину…

А потом, после паузы, задумчиво добавить:

— Или собачку…

Лора была настолько откровенна, что иногда это даже пугало меня немного. Когда я познакомилась наконец с Сергеем, то была шокирована его слоновьими габаритами и красным, в прожилках, лицом, обрамленным реденькой ранней сединой, а главное — его необъятным высокомерием.

— Господи, как же ты с ним живешь-то? — спросила я позже, когда мы остались одни. — Тебе не противно?

— Да нет, даже забавно, — ответила Лора. — Он, когда спит, так трогательно ложится на бочок, сам отдельно, а пузико — отдельно, мягкое такое, рыхлое, в три складочки. Он еще губами во сне причмокивает, и смешно, и жалко его. А потом, я его вроде как люблю… Он только тяжелый слишком, как влезет на меня, так потом бедра два дня болят, уже и растяжки появились, во какие…

Лора задрала мини-юбку, благо рядом никого не было, и продемонстрировала мне внутреннюю сторону бедра с едва заметными белыми растяжками.

— А с Толиком ты что, развелась уже? — спросила я просто так, чтобы разговор на другую тему перевести.

— Да нет, зачем? — удивилась Лора. — Мне печать в паспорте пока ничем не мешает. Да и ему тоже. А потом, мало ли что может случиться… Сергей тоже последнее время ведет себя как-то странно, у нас с ним уже целых две недели ничего не было, ну ты понимаешь, а раньше — каждый день почти. Может, он меня выставит за дверь, и дело с концом. А с Толиком я тут виделась, так он стал как шелковый: «Ах, Ларисочка, каким же я был ослом!» — и все по волосам гладит, за руку держит. Скучает, коз-зел.

— А тебе с кем лучше-то, с Сергеем или с Толиком? — спрашиваю.

— Ну, как тебе сказать, Сергей не такой грубый, драться уж точно не полезет, только он нескладный какой-то. А в постели… Ты знаешь, как бы это выразиться… у Толика член более стоячий, что ли… Только он меня все равно не удовлетворяет до конца, еще бы немножечко, а он останавливается. Эгоист, только о себе думает. И все-таки из всех, с кем я спала, Толик, наверное, лучший.

Забавный подход к проблеме, подумала я, но ей, разумеется, виднее, у нее — опыт. Мне стало любопытно, и я спросила:

— Сколько же у тебя их было?

— Да немного совсем, человек шесть или семь, — ответила Лора, производя в уме какие-то подсчеты, и добавила: — Остальных можно не считать.

— До свадьбы?

— Почему до свадьбы, я замуж выходила как приличная. А потом Толик задерживаться стал часто, не ночевал дома. Я и подумала, чем я-то хуже? Может, поприличнее кто подвернется. Один даже предлагал мне руку и сердце, Так что я от Толика уже не первый раз ухожу. Но тогда я только два дня с тем парнем пожила, и с меня хватило. Представляешь, маленькая двухкомнатная хрущоба, в соседней комнате — мама с папой, да еще две овчарки и кот, терпеть не могу котов, а сам — бедный студент. Ну, я посмотрела на все это пышное великолепие и домой вернулась. Толику соврала, что у подруги ночевала, мы как раз накануне поссорились с ним, так что он еще и извинялся потом.

— А ты Толику говорила хоть, что тебе с ним спать — не очень?…

— Нет, конечно, я же не полная идиотка. Я всегда в постели оргазм изображаю, а то ущербным себя почувствует, а потом надоест ему — посмотрит в другую сторону. Я считаю — лучше не рисковать. Хотя, надо признаться, с тем парнем в постели было даже лучше, чем с Толиком, не совсем хорошо, конечно, но все-таки.

— А ты-то откуда знаешь, когда совсем хорошо, если сама говоришь, что ни с кем ничего не испытываешь? — пожала я плечами.

— Сама с собой же испытываю, — сказала Лора, а потом, заметив, что я начинаю заливаться краской, прибавила: — Господи, нельзя же быть такой наивной. Ты вообще-то спала с кем?

Я замялась, стало за себя неудобно.

— Ну а если нет? — говорю.

— Ну ты даешь! — обалдела Лора. — Ничего себе!

Я явно задела своим признанием ее женское любопытство.

— Ладно, пойдем возьмем по пиву, — сказала Лора, — еще вроде рано совсем, не темно даже.

Мы пошли к ларьку и купили по бутылке «Старопрамена», нашли подходящую скамеечку, сели.