– Хм, – хмыкнул я, пытаясь понять, игра это такая, ролевая, или Сабля действительно не в духе. Лучше исходить из того, что игра. Потому что даже представить не могу, чем успел её разгневать.

– Насмешничаешь, Маркус Святославович? Весело тебе?

– Никак нет! Понять пытаюсь, чем провинился, – честно ответил я. И понял, что никакая это не игра. Княгиня если и не в гневе, то где-то очень близко к этому. – Я последние трое суток спал, а во сне пока ходить не умею.

– Ты почему мне сразу не сказал, что преступник? Отчего без чести живёшь?

– Чего?!

– Того! Ты, боярин, вместе с холопом своим Егоркой людей служивых побил на пасеке!

Охренеть! Внутри от неожиданности всё заледенело, а уши, напротив, предательски заалели. Вот о таком я и подумать не мог.

– Молчишь? Натворил дел и скрытничаешь теперь? – обманчиво ласковым голосом заговорил Сабля. – Не ожидала я от тебя, боярин. Не ожидала. Думала, что хоть кому-то из людей моих доверять смогу. А ты… Но хорошо, хоть не отрицаешь. Не отрицаешь ведь?

– Не отрицаю, – покачал я головой, всё ещё находясь в прострации.

– Вот, – как-то грустно вздохнула княгиня. Но тут же снова стала строгой и надменной. – То, что людей служивых побил – это полбеды. А вот то, что среди них был княжич Балховский… Ты хоть понимаешь, подо что ты и меня, и всё моё княжество подвёл? Под войну, боярин! Ты княжескую кровь пролил! Сам при этом никем будучи. А потом, хвост поджавши, под мою руку прибежал. Думал, наверно, что княгиня защитит.

– Ничего я не думал, – пробормотал я, пытаясь прийти в себя от обилия новостей. Очень, очень плохих новостей.

– Не думал он! – повысила голос Саблеслава. – А надо было! Князь твою голову требует! Он легион к моим границам привёл. А ко всему прочему Великокняжеский легион тоже под его руку пошёл. А это знаешь, что значит? То, что Рюрикович ему добро дал! А ты не думал! Подставил меня и стоит, краснеет.

– Стоп! – я наконец-то вынырнул из этого странного состояния бездействия и начал злиться. – Ты, княгиня, не заговаривайся!

– Что?! – аж привстала она из-за стола.

– То! – рявкнул я. – Если хочешь меня казнить, то казни! А хулить без дела не смей! Ты сама-то знаешь, чем этот княжич на том хуторе занимался? Он людей убивал, да девок насильничал. С дружками своими. Твоих людей, между прочим! И мне на это смотреть надо было? Вот если бы просто смотрел, тогда бы точно без чести жил. Так что не смей! И под руку твою я не просился. Своими интригами меня боярином сделала. Чтобы от Дёминых оторвать!

– Да как ты смеешь? – зашипела Саблеслава, как кошка. Показалось, что ещё чуть-чуть – и она в эту самую кошку превратится. И порвёт меня. Точнее – попытается порвать. Хрен я без боя сдамся.

– Так же, как и ты! – парировал я.

– Ладно! – вдруг успокоилась она и уселась обратно в кресло. – Поняла я всё. Впрочем, и так догадывалась. Не желаешь ты моим боярином быть, значит?

– Эмм… – снова охренел я. На этот раз от выверта княжих мыслей.

Но последующие слова расставили всё по своим местам.

– Пусть так! – впечатала ладонь в стол княгиня. И пододвинула к себе пару свитков. – Это вольная твоя. Не мой ты больше боярин, а свободный. Копию я в столицу уже отправила. Живи сам, как знаешь. А мне такой боярин не нужен. Понял меня?

– Понял, – кивнул я, даже не стараясь скрыть своего презрения. Но Сабля смотрела куда угодно, только не на меня.

– А это тебе за беспокойство от меня. Прощальный подарок, так сказать… – приподняла она второй свиток.

Я хотел было гордо отказаться. Сказать, что на фиг мне её подарки не сдались. Но потом подумал: а какого чёрта? Бьют – беги, дают – бери. Жизнь на этом не кончилась.

– Благодарствую, – усмехнулся я, пытаясь вложить в это слово как можно больше сарказма.

– Тогда забирай и ступай! – велела княгиня. – Видеть тебя больше не хочу!

– Да ради богов! – пожал плечами я. Взял со стола оба свитка и направился к выходу. Но уже почти дойдя, замер. – Стоп! А скажи-ка мне, Саблеслава Мечеславовна, откуда этот твой князь про всё произошедшее на пасеке узнал?

– Ты что, боярин, допрашивать меня вздумал? – искренне удивилась Сабля.

– Даже не собирался! Вот только я подумал, что рассказать об этом мог лишь Егор. И его уже несколько дней никто не видел.

– И что?

– Где мой человек, Саблеслава Мечеславовна? Просто ответь, и я уйду.

– Не много ли чести, боярин? Я сейчас прикажу, и тебя выкинут отсюда. И спасибо скажи, что на плаху не потащат.

– Спасибо! Так где он?

– Ладно, – спустя почти минуту произнесла княгиня. Вот только мне показалось, что она не раздумывала, а играла роль. – Хутор рыбацкий. В двух верстах от той пасеки, если на север. Балховский его пленил.

– Как я и думал, – горько усмехнулся я и посмотрел Сабле в глаза. И никакой радости или злорадства там не увидел. Зато были страх и вина. Надеюсь, вина за то, что сдала меня князю. – Последний вопрос у меня. Ответишь?