Ну а то, что меня не было два дня… Мало ли какие там у маркграфа были причины? Главное, что вот он — жив, здоров и спокойно завтракает. И, судя по количеству еды, аппетит у него отличный. А что же это, как не признак крепкого здоровья?

Правда, кое-кого мое представление не обмануло.

— Плохо выглядите, ваше сиятельство, — вместо приветствия произнесла Лада, когда приблизилась к моему столу.

Говорила она негромко, так что нас никто не мог услышать.

— Но аппетит, как я вижу, отличный, — хмыкнув, добавила она, обведя мой стол взглядом.

— И тебе доброе утро, — кивнул я, промокнув губы тонкой кружевной салфеткой и учтиво вставая из-за стола.

Бертран перед нашим отъездом снабдил Гуннара большим количеством всяких мелочей вроде серебряных подсвечников и хрустальных кубков. По мнению старика — даже в походе быт его господина должен максимально, насколько это возможно, соответствовать его высокому статусу.

Гуннар, к слову, проникся ответственностью к своей миссии и довольно скрупулезно выполнял поручение своего наставника. Надо будет не забыть похвалить его в присутствии Бертрана.

И наградой не обделить. Хотя, должен заметить, за время нашего похода парень успел неплохо прибарахлиться и разжиться серебром. Одна ставка на мой поединок чего стоит. Не удивлюсь, если узнаю, что по возвращении в столицу Гуннар прикупит себе жилье в нашем торговом квартале.

Лада отчасти была права. Несмотря на то, что я выглядел бодро, нормально отдохнуть мне не удалось. Пришлось всю ночь просидеть за письменным столом, зарисовывая на бумаге плетения из воспоминаний лисолюда, а также записывая все, что подсказывала мне память из той жизни. Я на всякий случай решил подстраховаться. Мало ли? Вдруг, проснувшись завтра, я забуду обо всем?

Я кивнул Гуннару, и тот поспешно отодвинул стул перед Ладой. Ведьма, изобразив легкий книксен, села на предложенное место, а я снова опустился в свое походное кресло.

Перед Ладой тут же возникли тарелка и столовые приборы, а также хрустальный бокал, в который Гуннар налил светло-розовое валейское. Это вино было самым легким из моей коллекции. Душистое и бодрящее — оно, скорее, напоминало сок, чем алкогольный напиток.

От еды Лада отказалась, но указала Гуннару на блюдо с фруктами.

Грациозная осанка, безупречное знание столового этикета, а также множество других деталей в ее поведении явно говорили о том, что Лада — из аристократической семьи. Правда, она очень старалась это скрывать.

Я бы давно уже мог настоять на том, чтобы она мне все рассказала о себе, но решил подождать. Придет время, и она мне все сама расскажет.

— Это неожиданное приглашение на завтрак, — с легкой усмешкой обратилась она ко мне, после того как сделала маленький глоток из бокала. — Тебе что-то понадобилось от меня? Что я должна сделать?

— Ничего, — спокойно ответил я. — Больше никаких поручений.

— То есть? — тут же напряглась она. — Я не понимаю тебя…

— Разве ты этого еще не почувствовала? — спросил я.

Лада нахмурилась. В ее взгляде я пытался поймать тень понимания, но пока там было только беспокойство.

— Что я должна была почувствовать? — осторожно спросила она.

— То, что ты абсолютно здорова, — ответил я, при этом наблюдая, как ее глаза округляются. — Все условия нашего договора выполнены. Как с твоей стороны, так и с моей. Твоя энергосистема полностью восстановлена. Скажу больше… Я ее даже улучшил. Хотел понаблюдать за ней несколько дней, но вижу, что все в порядке. Ты свободна от всяких обязательств передо мной. Как, собственно, и я перед тобой.

Руки ведьмы слегка подрагивали, а в уголках глаз появились крохотные слезинки. Она резко вскочила на ноги.

— И я могу уйти? — немного охрипшим голосом спросила она.

— Я же сказал — ты свободна, — подтвердил я. — Ты вольна идти, куда тебе заблагорассудится. Хоть прямо сейчас.

Она было дернулась, но ее остановил мой голос.

— Но… — произнес я.

— Так и знала, что будет какое-то «но», — разочарованно произнесла ведьма. Ее губы скривились в злой усмешке.

Я усмехнулся в ответ и покачал головой:

— Мне просто интересно, куда ты отправишься. Присядь… Допей это прекрасное вино. Насладись фруктами. И поговори со мной перед уходом. Повторюсь… Тебе никто не будет чинить препятствий. Я всегда держу свое слово.

Лада, продолжая хмуриться, опустилась на стул и взяла со стола бокал.

— Зачем тебе это знать? — недоверчиво спросила она.

Ведьмы… Какие же вы все одинаковые. Хотя, чему я удивляюсь? Вадома точно такая же была. Независимая и сама себе на уме. Единственное, что для ведьмы свято, это ее ковен.