Все, что было дальше, моя память как-то не удосужилась сохранить.

***

Очнулся я в своей комнате, при этом чувствовал себя более-менее сносно, что физически, что ментально. Никаких угрызений совести из-за своих недавних действий я, к удивлению, не испытывал. Даже не знаю, стоит ли мне начать волноваться об этом? У меня иногда складывается такое впечатление, что при вселении и перенимании знаний от умершего мальчугана, я несколько повредился в процессе.

С другой же стороны, почему защита своего клана от уничтожения должна вызывать хоть какие-то моральные терзания?

Честно говоря, не хочу рефлексировать на эту тему и не буду.

Поднявшись, оделся в специально разложенную на стуле чистую и глаженную одежду. Это Камалия постаралась, с вероятностью сто процентов.

Судя по всему, сейчас был разгар дня. Откуда-то с улицы слышались деловитые голоса и звуки работы. Не став более рассиживаться в комнате, спустился вниз в поисках нашей домоправительницы.

Она нашлась на кухне, где что-то увлеченно готовила, помешивая половником в огромной кастрюле.

– Камалия, доброго утра, - отвлек я её.

– Валлис, ты проснулся! – развернувшись она отложила половник, подошла ко мне и крепко обняла.

– Рада, что с тобой все хорошо! Столько историй и слухов ходит о том, как вы с Данной, совершили подвиг и спасли клан.

Честно говоря, какие-то истории меня слабо интересовали, и сейчас мне не терпелось узнать, что с Данной. О чем не преминул спросить.

– Мастер Данна, сейчас находится в лазарете, - немного погрустнев сообщила мне Камалия.

– Хоть состояние ее и было очень тяжелое, но мастер Карбедин совершил настоящее чудо и вытащил ее из лап смерти, - продолжила она.

А у меня, как гора с плеч свалилась, что незримо довлела надо мной все это время.

– Уф, - выдохнул я, - это отличные новости, спасибо, Камалия! Пойду навещу ее, если, конечно, меня впустят туда сейчас.

– Нет, пока ты не поешь, я тебя не отпущу, - непреклонно произнесла женщина.

Ну, что сказать, я капитулировал и остался пообедать. Во-первых, есть хотелось зверски, а во-вторых, моя задержка, все равно, ни на что не влияет, даже если бы мастер была в критическом состоянии, потому что я не умею лечить других людей и ничем не могу помочь.

Так, говорила логика, и я ее послушал. Но как же меня достало это чувство какой-то непонятной вины за то, что я тут жру и почему-то не спешу проведать девушку. Сознание человека — это удивительный дурдом.

– Да, Валлис, найди сена Ульфина, он просил подойти, когда ты проснешься, - предупредила меня Камалия, пока убирала пустые тарелки со стола. Поблагодарив ее, решил сначала все же заглянуть в лазарет.

Дом Данны стоял в отдалении от площади, где случилось основное побоище, поэтому разрушения его не коснулись, однако основному зданию напротив ворот, где проживали остальные прямые представители рода Эован, так не повезло.

Все здание сейчас было облеплено строительными лесами, на которых трудились строители, что сейчас заделывали дыры в фасаде. Другая часть людей перекладывала брусчатку на площади, с которой убрали погибших и смыли пятна крови.

Стоп. Это сколько я провалялся в кровати-то? Надо будет уточнить этот момент.

Пройдя место работ, я завернул за дом и поспешил к лазарету. Он занимал отдельное здание, которое было расположено в глубине резиденции, поэтому каких-то повреждений на нем я не заметил.

Внутри меня встретил слуга клана, служащий в лазарете, показал, где раздеться и повел, но не к Данне, а к мастеру Карбедину.

У мастера-целителя был отдельный кабинет, в котором я его и застал. Ян Карбедин был на вид хмур и читал какие-то записи в тетради, однако стоило мне появиться, как на его лице появилась слабое подобие улыбки.

– А, Валлис, проходи, присаживайся, - мужчина поднялся и указал на стул, стоящий напротив его стола.

– Спасибо, мастер Карбедин, - стоило мне занять место, как мужчина взял слово:

– Можно просто Ян, - улыбнулся он, - и хочу поблагодарить тебя, за тот безрассудный поступок, что вы совершили вместе с Данночкой. Столько жизней спасли, - закончил он фразу, и неожиданно примолк о чем-то задумавшись.

Вероятно, у него пострадал кто-то из близких людей, поэтому я пока благоразумно не стал лезть не в свое дело и спросил о том, что меня сейчас волновало в первую очередь.

– Ян, подскажите, а с Данной, то есть мастером, – исправил я свою фамильярность, - все хорошо?