Узкая койка в смотровой протестующе скрипнула, когда я, стиснув зубы от натуги, забросила на нее шейдера. Манн все еще был без сознания, но обострившимся чутьем я ощущала неровный стук его сердца. Жив…

Быстрый осмотр ран на свету не дал ничего нового. Ожоги от плазменной винтовки и энергетических пистолетов, пуля, засевшая у ребер – к счастью, неглубоко. Торопливо побрызгав на руки медицинский санитайзер, я подцепила ее ногтями, выдернула, отбросила в сторону и наспех вытерла перепачканные в крови пальцы о впитывающую ткань койки. Шейдер даже не шевельнулся. Плохо…

Большая часть выстрелов пришлась в живот и грудную клетку – от футболки остались одни черно-бурые ошметки, смешанные с кровью и кусочками плоти. Скорее всего, были задеты внутренние органы. Размазанная кровь на губах – повреждены легкие. А вот сердце, похоже, в порядке. Но без полного сканирования я не могла сказать точнее.

Вокруг ран на бедрах и животе сквозь порванную ткань проступали темные чешуйки. Шейдер начал регенерировать еще в бою – на бронированной шкуре виднелись следы от выстрелов, – но в какой-то момент трансформация остановилась. И это было… неправильно.

Шейдеры – живучие твари. Конечно, полная трансформация требует огромное количество энергии, доводя организм до крайнего истощения, но конкретно этот манн хронически недоедающим не выглядел. Скорее наоборот, пребывал в отличной – пусть и немного подпорченной – форме. Но регенерация прервалась, едва начавшись. Так какого шисса?..

Внутри всколыхнулась волна ярости. Шейд внутри занервничал, инстинктивно чувствуя надвигающуюся опасность. Почти бессознательно я подтолкнула его потянуться к шейду манна, но отклика не почувствовала.

Плохо. Плохо-плохо-плохо…

Нет, не время поддаваться панике.

«Соберись, Сола…»

Мельком порадовавшись, что так и не отключила шиссов рубильник, я активировала сканер. Манипулятор послушно развернулся полукольцом, но не дотянувшись до изголовья койки, завис, издав противный скрипучий писк. Я выругалась сквозь зубы. Вот как всегда – когда счет идет на секунды, старая проржавевшая техника так и норовит развалиться в руках!

Придется опять все делать самой.

Бесценные полминуты ушли на то, чтобы успокоиться и утихомирить беснующегося внутри шейда. Я боялась, что если рискну ухватиться за сканер в частично измененной форме, то, чего доброго, от нервов и непривычного переизбытка сил оторву манипулятор, и без того державшийся только на честном слове и шиссовой матери.

Я торопливо стащила с бессознательного манна бронированную куртку – при сканировании металл мог исказить показания – и разрезала прямо на теле остатки футболки. Шейдер – я не могла этого не признать – оказался неожиданно хорош собой. Волевое лицо с прямым носом, четко очерченными скулами и тяжелым подбородком, накачанное рельефное тело, кубики пресса на животе, уходящая под пояс плотных штанов дорожка темных волос. Идеальный экземпляр манна – не чета бледным худощавым литианам, в жизни не державшим в руках ничего тяжелее коммуникатора. Если бы не кровавое месиво вместо груди, было бы чем полюбоваться.

Еще два резких щелчка ножницами. Изодранные рукава футболки разошлись по шву, полностью обнажая мускулистые руки и татуировку пылающей шестеренки, занимавшую все правое плечо шейдера. Мышцы бугрились под сложным черным узором, и казалось, будто языки пламени подрагивают, отзываясь на убыстрившийся стук моего сердца.

«Механическое солнце».

Я едва удержала шейда, уже начавшего наращивать на моих пальцах острые изогнутые когти – в самый раз, чтобы вскрыть грудную клетку лежавшего передо мной бессознательного манна. И не для того, чтобы сделать прямой массаж сердца, само собой. Нет. Ненависть к нему и ему подобным черным огнем полыхнула в груди.

Перед глазами потемнело.

«Солана, малышка, быстрее прячься! Они уже близко!»

Шисс, шисс, шисс!

Убить! Убить прямо сейчас, пока он не очнулся. Вырвать сердце, сжечь тело и спустить пепел в канализацию! Никто, никто из «Механического солнца» не заслужил спасения.

Надо было бросить его посреди улицы. Надо было плюнуть на него, развернуться и уйти. Надо было…

Нет.

Сейчас – моими стараниями, шисс меня раздери, – формальные правила были соблюдены. Шиссов пациент уже на диагностической койке, и теперь я – давшая клятву – не могла его не лечить. Тем более если боевики «Механического солнца» найдут в клинике труп одного из своих…

Я мысленно взвыла от отчаяния.

Шисс!

Заклинившее сочленение манипулятора поддалось лишь с третьей попытки. Проклиная всех и каждого – а в особенности полумертвого шейдера, которого угораздило свалиться дохнуть именно у нашей клиники и именно в конце моей смены, – я поместила дугу сканера в изголовье койки. Запустила систему и напряженно уставилась в мерцающий монитор.

Быстрее, быстрее…

На синем экране издевательски-неторопливо, строчка за строчкой, проступило изображение головы шейдера. Мозг – с учетом количества полученных ран и повреждений я в принципе удивилась его наличию у данного субъекта – не пострадал, а мелкие царапины на лице и затылке не стоили внимания. Самое главное – грудь. Надо было убедиться…