Девушка начала стонать, да так громко, что от этого я сам еще раз возбудился. И, не дав девушке кончить от моих ласк, быстро спустив штаны, вошел в нее до самого основания.

— о..да… — сорвалось у меня с языка,

— дааа… — в унисон застонала девушка.

Это был самый дикий и неудобный секс в моей жизни. Я не заметил как не смог сдержаться и кончил прямо в девушку.

— дерьмо! Ты пьешь таблетки? — поинтересовался я у нее,

— дааа… — тихо выдохнула она, тяжело дыша.

«Надеюсь, что это был ответ на мой вопрос» подумал я и вернулся на водительское сидение.

Отвез Виолетту в отель, затем вернулся домой. До утра не мог уснуть, думал об этом глупом с моей стороны поступке. Мало того, что я не предохраняться, кто ее знает, может она чем-то болеет, так еще и кончил в нее.

— дерьмо!! — прокричал я на весь дом.

Но к рассвету мои мысли стали меняться, я начал вспоминать как девушка подо мной извивалась и стонала.

Я снова ее возжелал.

Глава 3.2. Мои дети

(От лица Адама Виева)

Отменил все свои дела на сегодня и помчался к отелю, где буквально пару тройку часов назад оставил девушку.

Сидел в машине и ждал, как трусливый мальчишка. Надеялся, что она выйдет на улицу.

К обеду она наконец-то появилась. Вышла встречать своих подруг, которых привез-вернул в целости и сохранности этот "дредовый чувак".

Я вышел из машины и окликнул девушку:

— Виолетт!

— Адам? — она, удивленно, уставилась на меня, — я сейчас девочки… — проговорила она подругам и направилась ко мне, — привет, что ты тут делаешь? — она была серьезна, не было больше того задора в голосе как вчера,

— привет. Тебя жду.

— зачем? — она улыбнулась,

— чтобы позавтракать?

— время обед! — она засмеялась,

— пообедать?

— ну-у… — она обернулась на своих подруг, те стояли еще полупьяные, их шатало, — я бы с радостью… — вернула она мне свой взгляд, — но я не могу, мне нужно присмотреть за девчонками, кажется нужно будет следующие несколько часов держать чьи-то волосы над унитазом и подавать чай с лимоном…

— чай с лимоном? От рвоты? И похмелья?! — удивился я,

— да ты что! Крепкий чай с лимоном самое действенное средство! Ну или уж на край 0,5 пива! — она показала мне ручкой знак «класс»,

— может тогда вечером? — предложил я,

— я прям смотрю, дедушке понравились приключения? — она наклонила голову на бок и подмигнула,

— я тебе не дед! — шагнул я к ней и встал в притык,

— я знаю… — еле слышно проговорила она, — ты еще ого-го! — она поднялась на носочки и быстро чмокнула меня в губы, потом отпрыгнула назад и, убегая к подругам, прокричала: — в 9 вечера в этом баре!

Меня всего будоражило от нее. Давно я такого не испытывал и испытывал ли вообще?

Вечером я снова приехал к этому отелю и зашел в бар. Ровно в 21:00 ко мне присоединилась Виолетта.

Я заказал ей вина, а себе кофе (сутки не спать для меня уже было не столь привлекательно).

Мы общались как старые добрые знакомые. Она рассказала мне, что приехала всего на неделю в Канаду с подружками на какую-то обувную конференцию. Она с этими же самыми подругами создала свою маленькую фирмочку, они придумывали дизайн обуви, потом после ее шитья-сборки, выпускали на рынок, на продажу.

Виолетта «болела» своим детищем, очень эмоционально и взахлеб рассказывала о своей работе.

Большую часть ее рассказа я упустил в тот вечер, был сонный и увлеченный внешностью девушки.

Мы расстались под утро и договорились вновь встретится после ее конференции.

Следующие дни мы встречались каждый день. Я показал ей ближайшие достопримечательности, сводил ее в ресторан. На пятый день нашего знакомства я привел ее к себе домой и она осталась у меня до утра.

Я любил ее тело, ласкал и умирал от ее ласк и поцелуев.

Я даже не ожидал, что во мне еще остались силы жеребца, я всё хотел и хотел ее…и получал, отдаваясь сам без остатка.

Последний день ее пребывания в Канаде она провела со мной, но к вечеру я отвез ее в отель на сборы.

— я кажется влюбился… — прошептал я ей на прощание после поцелуя в машине,

— хи-хи… — ухмылялась она, — вот так просто? Такой мужчина и влюбился? Я думала это просто недельная интрижка и когда я улечу, ты про меня забудешь… — она погрустнела.

Я заметил, что она сама себя на это настраивала. Ведь видел ее глаза, они не могли лгать. Она тоже влюбилась в меня.