Каким же слабовольным и недостойным идиотом он был!

Да и после бездумной измены проявил себя как сопляк. Нужно было разозлить Аню, чтобы она ударила его, отменила свадьбу, прокляла и выгнала. Или самому отложить и поход в ЗАГС, и банкет, трусливо сочинив какое-нибудь оправдание, чтобы не пересекаться со своей ошибкой.

Но вместо этого он сам себя сдал, рассказал, как жалеет, что, если она даст ему шанс, он всю жизнь будет доказывать ей свою любовь и верность. И Анна ему поверила.

Прошли годы, но Стас всё ещё помнил, как она смотрела, и с каким спокойствием говорила.

— Мальчишник — древний обряд, мужчина прощается с вольной жизнью. А ты ведь ещё так молод, — с грустной улыбкой покачала она головой. — Тебе это было нужно.

Слов: «Я тебя прощаю!» не прозвучало, но и без этого всё было ясно. Его будущая жена самая чудесная женщина на свете, а он тупой урод, раз чуть не потерял её.

И если с «мальчишником» всё ясно, то с подругой, которая должна была быть свидетельницей на их празднике любви, нужно было что-то решать.

Наивное, но имеющее право на существование предположение, что блондинка в подпитии могла не запомнить лица своего случайного любовника, Стас не озвучил и никак помочь любимой женщине не мог.

— Ты сегодня у отца переночуй, — сказала она и сообщила, что вопрос с подругой завтра сама решит.

От осознания того, что его помиловали, у Дубравина кружилась голова. От любимой невесты он уходил словно пьяный и, оказавшись дома, сразу отрубился на добрых двенадцать часов, ведь с возвращения из командировки днём он занимал голову работой, а ночью тонул в злости на себя и чувстве вины перед Аней.

А когда он проснулся, невесты у него больше не было.

Решила ли Анна Михайловна не дожидаться следующего утра, а одним днём распрощаться со всем неприятным и поговорить с подругой, объяснив, что она слишком близко познакомилась с женихом, чтобы гулять на их свадьбе, или ушла из квартиры на ночь глядя по другой причине, уже не узнать.

Единственное, что сказали наверняка, что семидесятидвухлетний водитель был трезв и в очках, а на скорой в больницу её доставили уже мёртвой. Оно и неудивительно, когда голова и шея встречаются с бордюром. Столкновения с машиной не случилось, молодая женщина, видимо, сильно о чём-то задумавшись, поздно заметила свет фар и сама неудачно отпрыгнула, когда авто сдавало назад.

Никто не виноват.

Только Стас.

Ведь из-за его ошибки она куда-то пошла, а не провела вечер и ночь в безопасности с женихом.

И именно он дал ей повод для тяжёлых размышлений, которые помешали ей во время среагировать и избежать трагической случайности.

Как можно жить дальше, если последняя мысль твоей любимой была о том, что её предали?

Тускло. То есть жить можно, но радоваться, смеяться и любить — нет.

Окунувшись в прошлое, Дубравин младший простоял так минут сорок, в какой-то момент стянул шапку, чтобы охладить голову, а может, и подставить ветру свои невесёлые думы. Вдруг сдует? И, кончено, сильно замёрз.

А таксист не уехал.

— На сегодня заканчивать собирался. Довезу тебя, кефира куплю и домой, — объяснил он, когда Стас, постучав в окно, спросил, довезёт ли тот его до гостиницы.

Доехали они по ночному городу быстро, и отогреться Любин муж не успел.

А оказавшись в номере и скинув ботинки, он упал на кровать с чётким осознанием, что не хочет быть один. И что ему нужна компания. Можно сказать, жизненно необходима.

Короче, Стас не мог сейчас быть один, отдав себя на власть воспоминаниям и сожалениям.

И он нашёл себе компанию на ночь. Точнее, на час, а потом смог ненадолго уснуть.

В воскресенье Любу разбудил звонок Сергея.

Ночь вышла полу бессонной, и голова начала болеть ещё до того, как она вынырнула из дрёмы.

Мужчина спросил, как она себя чувствует, а потом извинился за ранний звонок, объяснив, что уже забыл, как себя ведут после таких ситуаций.

— …понимаю, что веду себя странно, но совсем ничего не делать и морозиться, не по мне. Из-за этого поспать толком не получилось.

Наверное, такое небезразличие характеризует Серёжу как ответственного человека, и это проявление заботы, но его случайная не выспавшаяся партнёрша была не в том состоянии, чтобы оценить его участие.

— Всё в порядке. Меры приняла, использованной себя не чувствуя, к тебе никаких претензий, только благодарность, — отрапортовала она.

В общем, разговор у них получился натужным и скомканным. Хотя и инцидент нестандартный.

Они не встречаются, но знакомы слишком долго, чтобы считаться разовыми любовниками, которые сталкиваются в клубе или баре, занимаются сексом, а на утро не помнят лиц друг друга.