— Добрый вечер! — жду, когда он обратит на меня внимание.

— Эра, какими судьбами? — он оборачивается, смотрит на меня через плечо и только после этого разворачивается в мою сторону.

— Влада потеряла, — смущенно улыбаюсь. Щеки начинают гореть.

— Он не говорил, что вы сегодня встречаетесь, — Игорь Юрьевич трет подбородок и смотрит в сторону.

— Мы и не планировали, — пожимаю плечами, опускаю взгляд. Тянусь рукой заправить волосы за ухо, но отдергиваю ее. — Так он здесь?

— Здесь, — кивает тренер. — Теперь понятно, чего Влад сегодня взбешенный. Поругались, значит, — тихо вздыхает, качая головой. — Он в душ только что ушел. Пойдем пока кофе попьем, — Игорь Юрьевич подхватывает меня под локоть и ведет в комнату отдыха.

Комната без окон снова давит на меня. Все равно присаживаюсь на стул, стоящий у стены. Игорь Юрьевич нажимает кнопку на чайнике и садится рядом.

— Что у вас случилось?

Тренер кладет руки на стол и сцепляет пальцы в замок.

— Ничего такого, — поспешно отвечаю я и начинаю перебирать край сарафана.

— Тогда почему с “ничего такого”, — Игорь Юрьевич выделяет последние слова, — Влад бесится, как бык на красную тряпку?

Я пожимаю плечами. Взгляд от рук не отрываю. Становится еще более стыдно. Мы сидим молча. Только звук закипающего чайника разбавляет тишину. Раздается щелчок — вода вскипела. Игорь Юрьевич опирается ладонями на столешницу, чтобы встать.

— Я налью, — вешаю сумочку на стул, поднимаюсь и делаю пару шагов до навесных шкафчиков. — Вам какой?

— Черный, — ножки стула скрипят по полу. Видимо, Игорь Юрьевич развернулся удобнее. — Так что произошло?

— Мы поругались, — я завариваю две кружки чая, одну ставлю перед тренером. Сажусь на место, обнимаю ладонями керамическую поверхность своей кружки, дую на чай и делаю глоток. Горячо. Отставляю напиток в сторону, давая ему остынуть.

— Расскажешь? — тренер крутит кружку на столе.

Смотрю ему в глаза и киваю. С трудом произношу первые слова, а дальше меня уже не остановить. Раскрываюсь перед Игорем Юрьевичем все больше. Делюсь каждой мелочью из вчерашних событий, начиная с разъезжающихся дверей в торговый центр. Чуть ли не по секундам описываю поведение Влада. От воспоминаний сводит живот, грусть сдавливает сердце. Но почему-то мне кажется, что важна каждая деталь. После того, как проговариваю вслух, весь рассказ кажется нелепым, как и мое поведение. Придвигаюсь к стене и откидываюсь на нее, чтобы было удобнее сидеть. Спинка стула неприятно впивается в спину. Ерзаю, подтягиваясь чуть выше на сиденье. Желудок сжимается. Язык саднит. Все-таки обожгла.

Игорь Юрьевич молчит. И это хуже всего. Мне достаточно того, что я сама себя загнала чувством вины. Чужое осуждения меня добьет.

— Мда-а-а… — наконец тихо тянет он. — Давно такого не было.

Тренер складывает руки на столе, наклоняется, упираясь мощной грудью в них. Снова молчит.

— Я испугалась, — произношу на пределе слышимости.

— К тебе претензий нет, — Игорь Юрьевич смотрит в одну точку на стене. — Ты все сделала правильно. Его нужно было остановить, — он ерзает на сиденье.

— Думаете, Влад бы ударил? — вожу кончиком языка по внутренней стороне щеки. Я не хочу слышать ответ.

— Не знаю, — тяжело вздыхает тренер. — Он… непредсказуем.

Все-таки закусываю щеку. Больно. Пристально вглядываюсь в Игоря Юрьевича, подаюсь вперед, зажимая ладони между бедрами, плечи ползут вверх, будто съеживаясь от холода.

— Не мне тебе все это рассказывать, — тренер трет шею и делает глоток чая. Со стуком ставит кружку на стол. — Но ты все равно поймёшь рано или поздно, если уже не поняла…

— Что с ним что-то не так? — страшное предположение само слетает с языка.

— Нет, — поспешно возражает Игорь Юрьевич. — Не совсем. Это скорее как небольшой дефект в поведении человека.

— Дефект? — чувствую, как мои глаза округляется.

— Ну да, — тренер наконец смотрит на меня. Между бровей у него залегла глубокая морщина. Уголки губ опущены. У меня спирает дыхание. Сильнее стискиваю бедра, сдавливая зажатые ладони. — В общем, у Влада эмоционально неустойчивое расстройство личности.