Нам нельзя оставаться наедине. Где-то в доме Эмилия, и эта встреча в темноте кухни выглядит двусмысленно, так что лучше не усложнять и так не простую ситуацию в наших взаимоотношениях.

– Поговорим о том, что произошло?

Я закрываю глаза, ощутив его дыхание на своем лице. Это нужно остановить. Это не приведет ни к чему хорошему.

– Не стоит. – Сбивчивым шепотом отвечаю я.

– Почему? – Кай льнет к моему телу, не оставляя между нами ни сантиметра свободы.

Я сглатываю, ощутив его твердость, упирающуюся мне прямо в низ живота. У Кая эрекция, и вряд ли он сможет оставаться в трезвой памяти, пока им руководит похоть. Может произойти все, что угодно. А именно – то, чего я боюсь больше всего.

– Я пытаюсь тебя забыть. – Молю, задыхаясь. Мое сердце колотится, как ненормальное. – Это трудно… Ну, что ты делаешь?

Кай целует мою шею, оттянув ворот футболки. Сейчас он просто разрывает ткань, она трещите по шву – похоже, желание сводит Кая с ума.

– Прости за тот поцелуй. – Прерывисто шепчет он. Подхватывает меня под бедра и одним ловким движением усаживает на столешницу. – Мне опять хотелось сделать тебе больно. Уже инстинктивно получается, само собой.

Его рука ласкает мою грудь, стискивает сосок через ткань футболки, и я едва не вскрикиваю от возбуждения, накрывающего меня горячей волной. Мое дыхание учащается еще сильнее.

– Кай. – Задыхаюсь я.

Его пальцы прижимаются к моему горлу, сдавливают. Он заставляет посмотреть ему прямо в глаза. А затем его губы атакуют меня – быстро, жестко. Кай целует меня, а я его – кусаю. Этот дикий поцелуй заставляет меня изнывать от желания, и пульсация в низу живота только усиливается.

– Нет! – Шепчу я, пытаясь вырваться и прекратить это.

Но его губы сминают мои, а язык снова прорывается мне в рот. Кай будто собирается меня поглотить. Мы словно наверстываем в эти секунды все дни разлуки, в течение которых не касались друг друга. Я обвиваю его талию ногами, а он обрушивает на меня всю свою страсть: терзает пальцами бедра, вжимает меня в себя, глухо стонет.

Это какое-то сумасшествие. Человек, который должен был стать ничем для меня, полностью сейчас овладевает моим сознанием и телом. Я пытаюсь думать, но не могу: мозг отключается, тело тоже отказывается подчиняться – просто рвется навстречу его телу.

– Ты будто нарочно выставляла напоказ ваши с ним отношения, – шепчет Кай, отстраняясь и наклоняя мою голову назад, властно держа за подбородок. – Что мне оставалось делать? Я сходил с ума!

Его пальцы проскальзывают под футболку снизу и касаются меня между ног.

– Нет. – Стону я. Нельзя обсуждать серьезные вещи, занимаясь этим. – Остановись. – Срывается с моих губ мольба.

– Я не могу остановиться. – С жаром отвечает Кай. Его грубые пальцы вторгаются под ткань моих трусиков. – И не могу думать. Я все еще люблю тебя. Нет, не так. – Он нажимает на затвердевший клитор большим пальцем, заставляя меня дрожать всем телом. – Я буду любить тебя всегда.

– Снова какая-то игра? – Уточняю я, глядя в его безумные глаза. – Мамочка велела тебе сказать мне это?

И тут же расплачиваюсь за дерзость: Кай накрывает мои губы в яростном поцелуе. Его вкус растекается у меня во рту – сладкий, опасный. Его пальцы оказываются во мне, выбивая еще один хриплый стон, и желание заставляет меня двинуться к нему навстречу бедрами.

– Не смей. – Рычу я.

И это глупо. Кай видит, что я вся мокрая, и что мое тело реагирует на него. Он знает, что я тоже хочу его, и это должно веселить его, но он словно злится.

– Хотел напиться, чтобы не видеть вас. – Шепчет он, кусая меня за подбородок. – Не представлять, как он трахает тебя.

Я стону, запрокидывая голову и наваливаясь на стену. Кай опускается ниже, меж моих разведенных бедер, и мне приходится схватиться одной рукой за столешницу, а другой вцепиться в его волосы.

Проклятье.

Он прямо через трусики ласкает меня языком, причиняя приятную боль. Мое тело яростно содрогается, двигается в такт, когда Кай целует внутреннюю поверхность моих бедер, затем сдвигает в сторону ткань трусов и медленно проводит между моих ног кончиком языка.

– Я ненавижу его за то, что он прикасался к тебе. – Признается Кай.

И я силой опускаю его голову обратно, чтобы он скорее заткнулся и продолжил. В этот момент мне плевать, что где-то рядом его девушка. Что она строит планы и готовится к свадьбе. В это ослепительное мгновение я позволяю себе побыть эгоистичной сукой, готовой на все ради того, чтобы соединиться с тем, кого любит – пусть и ненадолго.

Кай снова припадает ртом к самой горячей точке моего тела, нежно прикусывает, отпускает, снова обхватывает губами и посасывает. Ласкает долго и медленно, жестко проводит по клитору зубами, заставляя меня стонать от восхитительных ощущений. И, тихо надсмехаясь над моей слабостью, он снова возвращается к мучительной ласке, пока я не начинаю задыхаться, лихорадочно ища новую точку опоры и чуть не сбрасывая со столешницы коробки с чаем и хлопьями.