— В нашем переулке жизнь не стоит ни гроша.

— Вы правы. Любой подлец может тебя убить. Какой толк будет, если мы сотрём в порошок весь клан и вырвем его с корнем?

— Да, а что же тогда поможет мне?

— А готовы ли вы выслушать мой совет, каким бы странным он ни показался? — спросил инспектор.

— В чём он?

— Разведись с женой.

Мухаммад Анвар опешил и пробормотал:

— И вы советуете мне это?

— Это тягостно для моей чести, как и для твоей, но я боюсь за твою жизнь…

— Я почти схожу с ума, господин инспектор…

Инспектор пытливо ответил:

— Это лишь временная мера, пока я не рассчитаюсь с тираном…

— Временная мера?

— А потом всё вернётся на круги своя.

Мухаммад Анвар немного подумал и сказал:

— Я серьёзно это обдумаю.

Домой он вернулся, барахтаясь в отчаянии. Но из недр отчаяния к нему неожиданно нагрянуло вдохновение, и он сказал Захире:

— Собери все лёгкие и дорогие вещи: сегодня ночью, когда весь переулок погрузится в сон, мы сбежим.

Захира опешила и пробормотала:

— Сбежим?

— Даже сам инспектор полиции посоветовал мне развестись с тобой.

— Инспектор?!

— Он признался, что не в состоянии защитить меня, и мне не оставалась ничего другого, кроме побега.

Она догадалась, что стояло за таким советом инспектора, однако не знала, как ей поступить со своим мужем, и встревоженно спросила:

— Куда же мы пойдём?

— Земли Аллаха просторны, а у меня есть деньги, так что мы откроем новое предприятие.

Вот дьявол! Он хочет развеять все её мечты всего одним ударом, чтобы сделать её скиталицей и привязать к себе навечно, чтобы покончить с её силой и новым существованием, чтобы она растаяла во мраке бедствий подобно Самахе. Кто знает? Может быть, он заставит её снова выполнять ручную работу как нищенка? Пусть лучше этот трус бежит в одиночку, пусть исчезнет из её жизни навсегда.

— Не теряй напрасно время…

Она вяло ответила:

— Я уже два раза об этом подумала.

— А я подумал целую сотню раз, и нет другого выхода, кроме побега.

— Нет.

— Нет?!

— Это невозможно.

— Это возможно, вот увидишь — ещё до рассвета мы убежим.

Но она была упряма:

— Нет.

Он в оцепенении поглядел на неё, и она повторила:

— Нет. Это бродяжничество и потери.

— Но у меня есть достаточно средств для нас.

— Нет.

— Разве ты не понимаешь, что меня угрожают убить?

— Ты сам ошибся и знаешь об этом!

— У меня не было иного выхода!

— А я то в чём провинилась?

Он с безумными нотками в голосе ответил ей:

— Жена должна следовать за мужем.

Она казалась твёрдой, питающей к нему отвращение и готовой ускользнуть от него:

— Ты не можешь защитить меня.

Он ударил себя кулаком в грудь и закричал:

— Гадюка!

Она инстинктивно отошла к окну, а он воскликнул:

— Ты снова хочешь играть в эту старую игру свою?!

Она увидела смерть на его бледном отчаянном взгляде, сжатых кулаках и в напряжении мышц, и самым громким голосом, на который только была способна, заорала из окна, призывая на помощь, в то время, как он бросился на неё, словно тигр.

Дверь сломали. Внутрь ворвались Нух, Азиз и Джибрил Аль-Фас, шейх переулка. Мухаммад Анвар отступил назад, а Захира упала на пол без сознания. Заголосили Джалаль и Ради.

Мужчины занялись тем, что приводили её в сознание. И пока она приходила в себя, Мухаммад Анвар исчез бесследно. Нух Аль-Гураб поглядел на Джибрила Аль-Фаса многозначительным взглядом, и официальным тоном последний произнёс:

— Покушение на убийство и попытка бегства.

Азиз пробормотал:

— Достаточно и того, что он сбежал.

Нух Аль-Гураб спросил:

— А как же покушение?

Джибрил Аль-Фас ответил:

— Покушение ясно как божий день, и мы все свидетели.

Тогда Азиз обратился к Захире:

— Приходи сегодня ночью ночевать в дом моей матери.

Мухаммад Анвар исчез с её горизонта, не дав ей развода. Она вскоре вернулась в свою квартиру. Поначалу чувство свободы опьяняло её, а затем она поверила в то, что по-прежнему связана с мужем узами брака. Она жаждала развода. Дыхание золотых снов захлестнуло её. Она решила не терять ни минуты своей жизни. Посетив мастера Азиза Самаху Ан-Наджи, сказала ему: