Водила этого летающего мегамолла походу оскорбился, что его обогнал дряхлый ветеран, и припустил за нами следом.

— Вот что ему от нас надо? — расстроилась Лула, глядя в экран заднего вида.

— Взыграло ретивое, — делаю предположение, — Теперь пока нас ответно не подрежет, не успокоится… Гор, снизь уже скорость. Потешь самолюбие богатого дурачка. Глядишь, отстанет.

Но богатый дурачок не отстал. Обогнав Гора, он начал подавать сигналы, требуя, чтобы мы приземлились.

— Гор, садись. Богатому дурачку мало нас обогнать, он хочет высказать нам в лицо, кто мы такие перед ним, и как мы сильно попутали берега. Рублевка — она и на Олимпе Рублевка.

Гор приземлился. Рептилоидный мегамолл сел рядом. Из его необъятных недр вышел зверобог с бычьей рогатой головой, посаженной на толстую шею. Лично мне выходить из кабины не хочется. Я ограничился приоткрытием форточки. Пусть показывает крутость, стоя под форточкой.

— Скока лет твоему дракону? — спросил быко-бог с наездной интонацией.

— Год выпуска неизвестен, — отвечаю ровно.

— За сколько купил? — в той же беспардонной манере полюбопытствовал бык.

— Шесть пятьсот. Брал в кредит.

— Шесть с половиной миллионов? — прифигел быковатый быколлоид.

— Шесть с половиной тысяч кворков, — даю уточнение, ситуация начинает меня забавлять.

— Шестьсот пятьдесят тысяч? — переспросил водитель мегамолла.

— Даже не шестьдесят пять. Кабина у него маленькая. Шесть пятьсот! — настаиваю на своей версии.

— Сколько потом вложил? — требовательно спросил зверобог.

— Пятнадцать, девять и семь, — называю рыночную стоимость произведённых апгрейдов.

— Пятьсот девяносто семь… всего? — обрадовался быко-бог.

На этот раз я не стал его поправлять. Мне это надоело. Походу он с математикой не просто не дружит, а вообще находится в состоянии вооружённого конфликта.

— Одиннадцать процентов к силе и восемь процентов к скорости, — выдаю технико-тактическую характеристику в надежде, что теперь он уже отстанет.

— Эт-та, слышь… мне тоже надо, — сообщил зверобог, — Пятьсот девяносто девять и девять ваще норм цена, поставь мне тоже.

Прежде чем ответить, я прочистил горло. Этот недалекий пассажир готов заплатить шестьсот тысяч за услугу, которая стоит в двадцать раз дешевле. Ну грех отказываться, когда деньги сами в руки идут. Я ведь его обмануть не пытался. Его обманывает собственная платёжная культура. Для него сумма меньше ста тысяч кворков вообще не деньги.

— Сделаем, — обнадеживаю быко-бога, — Но то расценка в городе богов. Мне ж еще надо как-то сюда доставить сервисную бригаду.

— Ты сделай, — быкнул бык, — Заплачу.

Сговорились на шестьсот пятидесяти. Чесслово, теперь я понял, где надо устраивать сервисный центр. Взял адрес и пообещал «завтра прислать бригаду». Это я понтовался конечно. Какие тут бригады. Я единственный известный мне член профсоюза с верохранилищем. Как сказал бы в таком случае Людовик четырнадцатый, бригада — это я!

Довольный быко-бог улетел, а я решил слегка задержаться на Рублевке.

— Гор, где тут самый оживлённый перекресток?

— На выезде, — не задумываясь, ответил дракон.

— Не, это не совсем то. На выезде не наши клиенты. Наши клиенты те, которые с Рублевки не выезжают.

— Тогда слонцевская площадь. Там всякие рестораны и заведения для богатых.

— Ты хотел сказать сОлнцевская площадь?

— Как хотел, так и сказал, — тут же вскинулся едкий старик, — Площадь называется сЛонцевская.

— Я ж просто уточнил… ладно, давай смотаемся на слонцевскую.

Припарковаться на сей знаменитой площади нам не позволили. Рыльцем не вышли. Пришлось искать место парковки за два квартала и до площади идти пешком. Лулу необходимость пешей прогулки не испугала, решила сходить со мной.

Площадь действительно подавляет великолепием. Я бы сказал, это даже не площадь, а целый увеселительный парк. В центре площади возвышается золотая статуя бога Слонце. Во всем человекоподобный бог кроме хобота, заменяющего нос. Отчего издалека кажется, что это статуя человека в противогазе.

Я попытался выяснить, сколько здесь стоит аренда помещения… ну хотя бы маленького… ну хотя бы павильона… будки сапожника… ну и цены здесь. Аренда четырех квадратных метров под прилавок с зонтиком для торговли сомой на разлив стоит от десяти тысяч в сутки.

Немного подумав, арендовал «сидячее место» на обочине пешеходной дорожки, такое арендуют художники, музыканты, фотографы и экскурсоводы, завлекая прохожих творческими услугами.

За семь тысяч кворков в сутки мне позволили поставить маленький фанерный баннер. Сосед по обочине оказался художником, работающим в манере дружеского шаржа. За недорого он оформил рекламный текст и изобразил старого дракона, лихо обгоняющего новенький спорт-драг.