Она кончает во второй раз за вечер, по горячим следам своего первого оргазма.

Трахать Тину — заниматься с ней любовью — это совсем не то же самое, что быть с ее матерью. Мы с Тиной созданы друг для друга, нам суждено быть вместе. Жаль, что мне пришлось жениться на ее матери, чтобы мы нашли друг друга, но я никогда не был так благодарен за то, что моя бывшая жена изменила и бросила нас.

Это было счастьем.

На самом деле, я должен поблагодарить ее за то, что она такая вероломная сучка. Но я теряю дар речи прежде, чем успеваю это сделать, когда меня захлестывает оргазм в тот момент, когда нежная киска моей дочери с силой прижимается к моему члену.

Отдышавшись, я не утруждаю себя и нашу дочь тем, чтобы прикрыть наготу, выхожу из постели и направляюсь к Саре, которая обзывает меня всеми оскорбительными словами, какие только приходят в голову.

То, что она называет меня уродливым, толстым ублюдком, ничего не значит, особенно когда Тина смотрит на меня с необузданным желанием и безусловной любовью каждый раз, когда я прихожу домой пораньше с работы, раздеваюсь догола и забираюсь на нее верхом. Ей нравится, как мой уродливый толстый член доводит ее до оргазма каждый раз, когда она охотно раздвигает ноги и умоляет меня наполнить ее.

Я лишь улыбаюсь Саре, когда пересекаю комнату, и с гордостью произношу: — Поздравляю. Ты скоро станешь бабушкой!

Затем я захлопываю дверь спальни прямо перед ее перекошенным, раскрасневшимся лицом.

Самодовольное выражение лица Тины совпадает с моим, когда она откидывается на спинку кровати и раздвигает для меня руки и ноги, как она делает каждую ночь — и будет делать каждую ночь до конца наших дней. Я устраиваюсь между ее сочных бедер, целую ее маленький животик, затем ложусь рядом с ней и засыпаю, прижимая к сердцу свою милую беременную дочку.