Астероид-Сити на пороге больших перемен к лучшему!

Слушающие сахарную бурду люди, озлобленные невыносимой жизнью, понимающие, что им детям придется еще хуже, не торопились верить. Но и воевать они тоже уже не торопились. Но из-за нежелания. Нет. Просто исчезли способные быстро зажечь эту бурлящую массу катализаторы.

Мика Доза, он же отец Микаил, бесследно пропал после последней перестрелки, а вместе с ним и все его наиболее фанатичные приближенные. Они не выходили на связь и не показывались уже больше суток.

Банда «нулей», громогласно пообещавшая покарать всех мятежников, тоже будто испарилась. Ни следа этой нечисти на покрытых мусором улицах. А с исчезновением главного врага — с кем воевать?

Огромную порцию успокоения и стабильность в сектор привнесли национальные кластеры. Многие из этих монолитных общин охотно укрыли у себя спасающиеся от мятежа семьи, и они же своими решительными жесткими действиями дали четко понять всем сомневающимся, что к ним лучше не соваться. Этот кровавый посыл был понят правильно, что привело к мертвому спокойствию не только на территориях самих общин, но и в прилегающих к ним территориям.

Те же, кто еще не утихомирился и жаждал буйства, находили себе подобных и небольшими группками выплескивались на узкие улицы-коридоры… где на первом же большом перекрестке вдруг натыкались взглядами на висящую под потолком многоногую стальную тварь с нарочито зажженными глазами, внимательно наблюдающими за происходящими. На каждом из таких пауков имелась эмблема страшной службы федеральных дознавателей и всего этого хватало, чтобы бунтующие сначала замедлялись, затем останавливались и наконец разворачивались, уходя присмиревшими и впервые задумавшимися о последствиях.

Что-то действительно беспредельное, кровавое и жесткое продолжало случаться лишь на самых окраинах — рядом с внешней стеной городского купола. Там, где обитали калеки и мутанты, чья судьба была безразлична всем, кроме всегда голодных крыс.

Деловито гудящие грузовые платформы вывозили груды обугленного мусора из освободившихся от мятежников коридоров. Отдельная техника свозила к специальным местам мертвые тела, различное оружие и редких раненых — причем последним тут же на месте оказывалась срочная медицинская помощь, после чего они не увозились куда-то в неизвестность, а размещались здесь же в специальных лагерях. Все могли видеть — никого не допрашивают и не избивают.

Час уходил за часом. Сектор продолжал медленно «остывать».

На интерактивной и расцвеченной разноцветными огнями карте «внешнего» сектора целые сектора один за другим теряли красноту и окрашивались в желтый или даже в зеленый. «Обод» больше не был единым раскаленным кругом и процесс урегулирования медленно продолжался.

Но все причастные понимали — до успокоения двенадцатого сектора еще далеко.

Кровь еще прольется…

В этом почти никто не сомневался.

19.

— Открывайте — властный, но какой-то безликий, словно винтик в могущественной государственной машине дознаватель был спокоен, но встретивший его у входа сонный старый патологоанатом сразу понял, что спорить бесполезно.

Для проформы уточнив имеются ли соответствующие документы и тут же получив возможность ознакомиться с оными на протянутом планшете, старик развернулся и, устало шаркая, придерживая рукой барахлящий спинной экзоскелет, позволяющий ему держаться хоть сколько-то прямо, направился к терминалу. Введя шестизначный код, он дождался открытия двери и пропустил группу дознавателей. Входить сам он не стал, оставшись на пороге — его об этом не просили, но благодаря своему огромному опыту, старик еще не умершим чутьем понял, что в ближайшее время он там не понадобится.

Дверь медленно закрылась, отсекая волну холода и характерный букет ароматов секционного помещения. Она же скрыла главное — десятки и десятки лежащих на полу тел в трупных мешках и тряпичных свертках. Сюда уже сутки поступают тела, до этого заполнив другой более вместительный и современный морг.

Обычно здесь имели дело лишь с мрачными результатами бытовых разборок, перепоев, передозов, мутаций или с найденными в помойках младенцами, если с телами еще не успевали разобраться крысы. В таком случае оставалось лишь взять образец ДНК и отправить жалкие остатки на утилизацию — определить причину смерти обычно уже не удавалось.

Но в этот раз все было куда серьезней и страшнее. Такого количества смертей не было с прошлого мятежа, но в тот раз его быстро локализовали в одной области внешнего сектора, а немалое число тел погибших бесследно исчезла, не поступив ни в один из моргов. В этот раз что-то скрыть было попросту невозможно, и прямо сейчас споро работающие дознаватели еще сильнее усугубляли проблему, умело фотографируя и сканируя каждое тело, фиксируя раны и отличительные признаки. Информация сразу уходила в базы данных, где личности погибших опознавались, пополняя собой список официальных жертв разрушительного мятежа Астероид-Сити. Счет уже перевалил за три сотни, а список продолжал расти. Что хуже всего — в списке полным-полно женщин и детей, а еще там завались сколько всяких уродов с врожденными мутациями.