Шрифт:
Такая легкая хворь не сильно волновала Фучу, но она могла заразить старшую наложницу Юй и, что еще хуже, ребенка. Императрица оглянулась, взгляд ее остановился на растерянной Минъюй в углу, и неожиданно сказала:
– Минъюй, сходи вместо меня.
– Я? – обомлела служанка.
Императрица кивнула:
– Возьми ту коробку с женьшенем из кладовой и отнеси во дворец Юнхэ. Скажи старшей наложнице Юй, что он хорошо помогает в сохранении беременности. И еще передай, что скоро я лично навещу ее.
– Слушаюсь, – с большой неохотой ответила Минъюй.
Девушка вышла из кладовой, преисполненная обиды и негодования. Раньше бегать по таким пустякам поручали только кому-нибудь из младших служанок…
Внезапно ее шаги замедлились и она кликнула:
– А ну, иди сюда!
Вэй Инло как раз подметала в главном зале, но, услышав, что ее зовут, прекратила свое занятие и послушно подошла.
Минъюй швырнула ей коробку с женьшенем.
– Отправляйся во дворец Юнхэ. Скажи старшей наложнице Юй, что ее величество все время беспокоится о ней и велит хорошенько заботиться о ребенке в своей утробе. Запомнила? – отчеканила Минъюй. Отдав распоряжение, она развернулась и тотчас ушла, не оставив Вэй Инло и возможности отказаться.
Но у нее и в мыслях этого не было.
Она давно не видела несчастную старшую наложницу Юй.
С коробкой в руках Вэй Инло покинула дворец Чанчунь и через рощицу направилась во дворец Юнхэ. Его красные ворота оказались закрыты. Девушка постучала:
– Ее величество поручила мне навестить старшую наложницу Юй, откройте, пожалуйста!
Она подождала какое-то время, но двери так никто и не отворил.
– Старшая наложница Юй? Госпожа? – снова постучала Вэй Инло. – Есть кто-нибудь?
Тишина.
Вэй Инло почуяла неладное. Все-таки дворец не обычный дом. Даже если госпожа вышла, кто-то из слуг точно должен был остаться.
Какое-то время она потопталась возле ворот, не зная, уйти ей или остаться, как вдруг услышала с другой стороны глухой удар.
Вэй Инло стиснула зубы и негромко крикнула:
– Старшая наложница Юй, прошу меня простить!
Затем отступила на шаг назад, пригнулась и со всей силы всем телом толкнулась в ворота дворца. Створки с грохотом открылись, Вэй Инло по инерции влетела внутрь и замерла.
Внутреннее убранство дворца Юнхэ сейчас напоминало траурный зал.
Здесь было все необходимое: благовония и свечи, приношения для покойного, белые полотна, даже медная жаровня на полу, в которой тлели жертвенные деньги [81] .
По полу каталась поминальная табличка. Неизвестно, сбил ли ее кто-то или же она сама упала со стола, но именно этот звук заставил Вэй Инло ворваться во дворец и увидеть, что…
Старшая наложница Юй ничком лежала на земле, голова ее была неестественно задрана вверх, а вокруг шеи обвивалась полоска белой ткани.
81
Деньги из бумаги. Изготавливались, чтобы почтить память умерших. Считалось, будто после сожжения деньги передаются в загробный мир умершим, чтобы они ни в чем не нуждались.
Верхом на ней сидел евнух и обеими руками затягивал удавку с такой силой, что на запястьях у него угрожающе надулись вены.
– Ты чего творишь? – заорала Вэй Инло.
Евнух увидел ее, глаза его сверкнули. Он бросил старшую наложницу Юй и кинулся на Вэй Инло, вцепившись руками ей в шею с явным намерением убить свидетеля.
– А-а-а-а-а!
Раздался вопль. Кричал евнух.
В его шее торчала шпилька для волос.
Вэй Инло умела за себя постоять. Если бы евнух не уклонился, она попала бы ему точно в глаз.
Евнух вытащил шпильку и повертел ее в руке.
Вэй Инло медленно попятилась – второй шпильки у нее не было.
Затем она резко развернулась и побежала, крича на ходу:
– Кто-нибудь! На помощь! Убивают!
Она бросилась во внутренний двор, услышав топот множества людей. Но обрадоваться она не успела. Во дворе толпа служанок и евнухов окружала свою госпожу – прекрасную, как цветок пиона. Они с явной угрозой приближались к Инло.
– Благородная супруга Хуэй. – Сердце девушки бешено забилось. – Зачем вы пожаловали?
«Что-то не так, что-то определенно было не так».
Дворец Юнхэ хоть никогда не был многолюдным, но все же старшая наложница Юй была госпожой, к тому же носила ребенка императора – о ней должна была заботиться по меньшей мере хотя бы одна служанка.
Куда делись все ее слуги? Их кто-то отослал, задержал или, может, убрал как свидетелей?
А тут еще и непрошеные гости.
Благородная супруга Хуэй, едва заметив Вэй Инло, нахмурилась. Чжилань тотчас же распорядилась: