— И что им потом делать, они же даже колдовать не умеют…

— Я иногда забываю, что ты пришел из мира маглов, хоть и чистокровный, — сказала доевшая сладость Лита и принялась объяснять. — Для них есть специальные школы, в которых учатся пять лет, но проходят только первые два класса Хогвартса. После выпуска эти недоволшебники будут уметь колдовать простые бытовые чары, в общем, не пропадут. Идут они работать на дно министерства или на какое-нибудь производство.

— Без аттестата хотя бы о сданном ЖАБА после седьмого года, ты в мире магии — никто. Тем более без СОВ после пятого, — добавил Эд. — Богатые, конечно же, могут учиться и дома, а потом и сдавать экзамены. Кстати, так многие и делают, чтобы не позориться на уроках, они сдают все с опозданием. Но, как говорится, бумажка есть бумажка.

Вот это было интересно. Вот как, оказывается, существует огромный магический мир. М-да, мне точно нельзя вылетать из школы, нанять преподавателей, когда ты несовершеннолетний и живешь у злобных родичей... кажется дурацкой шуткой. Да и связи пригодятся.

Тем более будет печально, если знаменитый Гарри Поттер вылетит, не сдав экзамены. Хорошо, что я уже неплохо выучил часть материала за год еще до приезда в школу. И если особо не сбавлять темп, то проблем быть не должно.

— А тебя, видимо, сильно впечатлил наш рассказ, — усмехнулась Лита.

— А ты, видимо, не волнуешься, что из школы можно вылететь и остаться с двумя классами образования? — передразнил ее я.

— Ну так, мы с Эдом всю жизнь живем в волшебном мире, многие вещи уже знаем. Да и колдовать нас начали родители учить лет в…

— Восемь? — закончил Эд, — около восьми.

— Ты, кстати, неплохо обращаешься с палочкой, видел наших грязнокровок, почти никто из них не справился с заданиями, хотя было видно, что некоторые учебники читали.

— Ну, я просто следовал инструкции… — замялся я. А ведь и правда, я смог то, что большинство не смогли.

— Вот тебе еще одно преимущество чистой крови, — сказала Лита, вставая и отправляясь за новыми сладостями. — У нас ворожить выходит куда как лучше. Не знаю, как это вышло, но даже дети грязнокровок колдуют лучше родителей, не говоря уже о древних родах. Вам что-нибудь взять?

— Кексик возьми, — ответил Эд и добавил. — Каждое поколение магия становится стабильнее и спокойнее. Это не всегда добавляет сил, но контроль улучшает точно.

— Я читал, в истории по магии, что Дамблдор — полукровка? Как же он тогда стал настолько сильным? — спросил я, хоть информации этой нигде я не видел, но хотелось вытянуть из разговорчивых друзей побольше.

— А вот тут начинается самое интересное. Если дети маглов и сквибов почти всегда не могут нормально контролировать волшебство и поэтому у них почти никогда не выходят сильные заклинания, то полукровки могут вытянуть счастливый билет. От магла взять первородную силу, а у волшебника — контроль. И в итоге получаются такие индивиды, как Дамблдор.

— Но это редкость, очень большая редкость. Таких как он — единицы. Если брать средний срез, то чистокровные куда лучше управляются с магией, быстрее учатся и потому мы в итоге сильнее.

Ясно, вот только у меня мать из маглорожденных (возможно); но я уже ни в чем не уверен. Это вообще как на мою силу влияет? Ну, если я смог справиться со всеми чарами сегодня не хуже Эда и Литы, то все хорошо.

— А кто такие предатели крови? — спросил я после непродолжительного молчания, нарушаемого негромким причмокиванием друзей. Услышав меня, Эд подавился, а Лита сразу стала серьезной и злой.

— Уизли… — прошипела она. — Их ублюдская семейка перебила половину моего рода, а затем их всех оправдали.

— Они сражались на стороне Волдеморта? — спросил я.

— Не произноси его имени, — кажется, скорее на автомате, вскричали оба моих друга.

— Да, вернее, не совсем, — начал отвечать Эд.

— Какая разница, я не верю, что они не при делах… — встряла Лита.

— А можно по очереди, я вообще ничего не понимаю. Как это: вроде и да, но не совсем?

— Жил-был такой старый ублюдок по имени Септимус Уизли. Бесспорно, один из сильнейших магов нашего века. У него было три сына. Двое младших последовали по стопам отца и присоединились к пожирателям смерти, приспешникам Того-кого-нельзя-называть. Все трое были убиты в битве за Роттердам в Голландии. А старший, Артур, оказался «как бы» не при делах. Вот только женушка его — одна из Пруэттов, которые так же сгинули в Ла-Манше. И, что странно, все пятеро отъехали, когда битва почти закончилась победой объединенных сил авроров.

— Кроме Септимуса, — грустно добавил Эд через полминуты.

— То есть, вы думаете, что они могли убить своих родственников и сбежать? — удивился я. Вот уж чего я не ждал от рыжих, так это братоубийства.

— Мы ничего не думаем, так думает магия. Посмотри вокруг, среди волшебников нет рыжих, вообще. Это цвет проклятия семьи. Пруэтты, как и Блэки и Нотты и многие другие родственники, были брюнетами. Но Молли Уизли после войны стала рыжей.

— Тогда почему их не посадили? — раз в этом мире магия может так выделить нарушителей из толпы, то судьям нужно просто закончить начатое.