— Теперь тебе пора. Ты, как я уже говорил, перенесешься в безопасное место. Ты будешь не одна, там будет барон Марк Дерей. Он тот еще засранец, но сбежать ему не позволят. Приглядывай за ним. И запомни, главное — сберечь наше дитя. Мы встретимся, как только вернем Виреборн и мир в Адару.

Линетт утерла слезы и кивнула. Как супруга, она не смела меня ослушаться.

— Пообещай, — вдруг сказала Линетт, взяв меня мягко за руку, — пообещай, что не станешь убивать Густава.

— Я не стану этого обещать, прости.

Линетт горько всхлипнула, заставив меня отвернуться. Я не бессердечный, но женские слезы редко могли меня разжалобить.

Нет, детей убивать не в моих принципах, но Густав не ребенок — он на шестнадцать лет старше Теодореса, которого намеревался убить Ворлиар. И я давно уяснил, что на войне милосердие к врагу порой приводит к личным утратам и большим сожалениям. А я теперь мог с уверенностью сказать, что война уже началась. Давно началась. Мы практически опоздали. Теперь пора нанести первый удар. Ворлиар должен быть морально подавлен и изнеможён горем и бессилием перед судьбой.

Я подозвал Тунайта, парень спешно подошел.

— Ты должен вернуться с ней, — сказал я.

— Нет. Сил хватит только на нее, — уверенно заявил он.

Я вперил в него испытующий взгляд:

— Тебе пора, Тунайт. Ты нужен своим людям.

— Нет! — зло и настойчиво возразил он, разве что только ногой не топнул. — Я нужен тебе! Я не вернусь в Рэй-Ро. Я все слышал! Я не стану там прятаться, пока наш мир уничтожает шарганово войско. А если они и впрямь смогут вернуть Шаргана? Нет — я не трус! Я буду защищать Адару, как и все!

Он с вызовом вытаращил глаза, невольно заставив меня улыбнуться.

— Что ж, мой верный, храбрый воин, так тому и быть, — кивнул я.

Тунайт с облегчением выдохнул и развернул проход для Линетт:

— Ваше Величество, прошу, — пригласил он ее.

Линетт быстро поцеловала меня в щеку и торопливо скрылась во тьме прохода. Источник снова потянул силы. Вот только в этот раз показалось, что забрал он раз в три больше, чем обычно.

Голова заболела и на миг потемнело в глазах. Со всеми этими перемещениями так недолго превратиться в старого, немощного старика, которому уж точно никого не защитить и мир не спасти.

Боль еще сильнее отозвалась в голове, заставив прибегнуть к грани целительства.

— Ты как? — спросил Тунайт.

— Если я сегодня еще хоть раз попрошу тебя использовать пространственную магию, разрешаю меня ударить.

— Ну, я, наверное, не смогу, но постараюсь, — пообещал Тунайт.

Я снова оставил Тунайта ждать меня в застенках. Можно было отпустить его сейчас в комнату Хагена, но я решил повременить. Если вдруг случится непредвиденное, Тунайт окажется единственным для нас шансом на побег из дворца. И пусть источник уже не вытягивал переносов на большие расстояния, я смогу пожертвовать пяток дней жизни для переноса куда-нибудь за пределы города.

Времени у меня еще было достаточно, поэтому я отправился к входу в небесную башню. Вот только там меня ожидала неудача: вход охраняли Неспящие. Меня туда они наверняка бы не пустили. Пришлось делать вид, что я прогуливаюсь мимо и вообще заблудился.

В башню можно было попасть и другим легальным способом: на восьмом ярусе имелся подвесной мост, соединяющий центральную башню и с небесной, и с башней наложниц. Но и там я наверняка потерплю неудачу. Если вход охраняют здесь, то наверняка и там.

Я вернулся в башню наложниц и снова нырнул в застенки. Этот путь, в три раза длиннее, потому что придется добираться до небесной башни через винный погреб, но другого выбора не было.

В винном погребе едва не столкнулся со служанкой, которая набирала вино в графины. Пришлось довольно долго сидеть в укрытии за большой деревянной бочкой и ждать, пока девушка не наберет дюжину графинов, не погрузит их на большой поднос и не удалится прочь.

Я прошел в противоположную стену, долгое время шагал по узкому подземному коридору пока, наконец, не оказался в небесной башне.

Выходить в коридор я не стал. Там слишком велик риск столкнуться с Неспящими. К тому же в этом не было необходимости — в небесной башне больше всего потайных ходов и отверстий для прослушки. Раньше здесь принимали иностранных гостей, а также аристократов, не имеющих принадлежности к императорской семье. А за ними нужен глаз да глаз.

Обошел башню по кругу, которая опоясывала практически всю внешнюю стену, за исключением мест, где находились окна. В тех местах приходилось подниматься по каменным выступам или пролезать под самими окнами.