Мишти лишь недавно заметила, что Сиара была недостаточно ласковой со своими детьми. Все эти годы она, как, впрочем и все остальные друзья и подписчики Сиары, считала соседку авторитетом в материнстве. Но сегодня она уже была близка к тому, чтобы согласиться с Лорен, хотя и не могла себе в этом признаться.

– Лорен, родители хорошо присматривают за Финном и очень его любят.

– Может, ты и права. Мне-то откуда знать? – Лорен еще немного покурила, и они какое-то время постояли молча. Мишти мягко раскачивала Финна, а Лорен, казалось, смотрела сквозь нее на дом Данфи. У Мишти сложилось ощущение, что если бы она сейчас позвала соседку в дом, та сразу же затушила бы сигарету и пошла за ней.

– Лорен, прости меня за тот наш разговор.

– Это я должна просить прощения.

– Просто хотела извиниться. Я не должна была этого делать… Не знаю, чего именно.

– Да все в порядке.

Две женщины пристально смотрели друг на друга или как минимум туда, где они в полутьме представляли себе глаза.

– Я была бы рада как-нибудь с тобой поужинать, – продолжала Мишти.

Лорен сделала еще одну затяжку. Вокруг было так тихо, что Мишти слышала, как шипит и горит папиросная бумага.

– Ага, ну, мне кажется, наши семьи пока не надо в это втягивать. Может, просто сходим куда-нибудь вдвоем? Пообедаем, например? Шон посидит с детьми. Майю тоже можно взять, если хочешь. – В голосе Лорен появилась нотка нетерпеливого ожидания. Интересно, слышала ли Сиара что-нибудь подобное, когда сама Мишти с ней разговаривала?

– Окей.

– Напишешь мне?

– Напишу.

Финн уже начал извиваться у нее на руках, и Мишти воспользовалась этим, чтобы сделать несколько шагов назад.

– Ладно, иди. Тебе нужно вернуться на вечеринку.

– Да, надо бы. Спокойной ночи.

Лорен помахала зажженной сигаретой в воздухе и ушла в глубь своего сада.

Туфли Мишти промокли. Ее снова начинал пронизывать холод. Сегодня ни одна горячая грелка ей не поможет – настолько глубоко он проник.

Она занесла Финна обратно в дом, напевая ему песенку. Оказавшись в ярком свете кухни, они оба неистово заморгали. Финн решил, что это просто игра, и захихикал.

Через несколько секунд вошла Сиара.

– Вот вы где. А мы думали, куда вы пошли. Мне показалось, я видела, как ты стояла снаружи, а потом исчезла. – Сиара повернулась спиной, наливая еще вина.

– Мы ходили гулять по саду.

Она обернулась, держа бокалы в обеих руках, а потом послала Финну воздушный поцелуй.

– Он так любит свои прогулочки по саду, да, малышок?

Сиара направилась к выходу, и Мишти последовала за ней.

Джерри и девочки куда-то исчезли из гостиной. Пока Мишти не было, Сиара и Парт были предоставлены друг другу.

Глаза Парта налились кровью и заплыли. Сиара дала ему вино, и он выпил его залпом, словно оно могло спасти его от зла. Она пристроилась рядом с ним, как и тогда. Мишти не понимала, куда сесть. В конце концов она, все еще с Финном на руках, решила занять пустой стул Джерри. Парт и Сиара находились у нее за спиной, и это было к лучшему. У нее не возникало желания смотреть ни на одного из них до конца той ночи.

Сиару разозлило, что Мишти взяла и просто забрала Финна из-за стола. С другой стороны, она была даже рада, что его не было в комнате. Так ей было проще продолжать беседу.

Как только они ушли, Сиара начала убирать со стола. Никто из мужчин не вызвался ей помочь. Вместо этого они просто сидели и пили вино. В свою очередь, девочки гонялись друг за другом по кухне.

– Белла, почему бы вам с Майей не подняться в твою комнату? Покажешь ей свой новый вигвам, – предложила Сиара. Ей было все равно, чем они будут заниматься в комнате Беллы, лишь бы они ушли.

Малышки с визгами помчались вверх по лестнице. Джерри последовал за ними, чтобы убедиться, что они доберутся до комнаты Беллы и не попадут по пути в какую-нибудь переделку.

Впервые за весь вечер Сиара осталась наедине с Партом.

– Может быть, вернемся на диван? – предложила она, ставя пустую салатницу с мелкой лужицей заправки на кухонный островок. – Там нам будет удобнее.

Слегка захмелевшие, Сиара и Парт вместе пошли в гостиную, держа в руках бокалы. Потом они, словно дети, с размаху падающие в кресла-мешки, повалились на диван. Их ноги соприкоснулись, но они не стали отодвигаться друг от друга.