Седых могла невероятно громко орать, когда хотела. Публика тут же начала расползаться, а таролог Елена втихаря пожелала смыться, но была остановлена жестом Пелагеи.

— А-а-а-а —, отпусти!

— Нет уже! — Седых не узнавала Трескину. Лицо раскраснелось, глаза полыхали огнем.

— Ты чего, подруга?

— Эта тварь очень опасна. Она силу жизненную в таких тусовках из людей полными ложками черпает.

— Понятно, гражданка, вы задержаны!

В руках опричницы появились посеребрённые наручники. Специального заказа.

— Гражданка, вы что себе позволяете?

«Менты, когда не надо!»

Полиция на редкость быстро появилась в ресторане. Впереди шел круглолицый майор, за ним два патрульных с автоматами. Илья тут же сдвинулся в сторону и расстегнул пиджак. Значит, слухи о прикормленности местного отдела небезосновательны.

— Старший лейтенант ФСБ Седых, проводится операция. Представьтесь!

— Еще чего, девчонка! Ну-ка дай сюда, — майор действовал нагло, пытаясь схватить удостоверение.

— Лапы убрал, урюк! Ты как с офицером спецслужбы разговариваешь? Завтра же твоей жирной жопой будет ОСБ заниматься.

Наталья держалась нагло и уверенно и во время короткого спича послала пальцами условленный сигнал, после которого Илья полез в кобуру.

— Чего!!! — офицера полиции, видать, давно его так не чехвостили. Это кому же так наверху он засылал или чей был протеже? — Взять её!

— Я бы на вашем месте не спешил, — негромко, но твердо посоветовал Семенов, и его пистолет уперся в голову одного из патрульных. Второго молниеносно взяла на мушку Седых.

— Да как вы…

— Повторяю, всем стоять, проводится спецоперация, в случае неповиновения стреляю на поражение!

А вот сейчас в голосе старлея Отдела ЧС сквозила настоящая сталь, а глаза обещали скорую и неизбежную смерть. Патрульные были достаточно опытны, чтобы заметить правильную стойку и необратимую уверенность рыжеватой девицы. Да и Глок в ее руке вовсе не походил на стандартный ПМ. По лицу полицейского, что был поздоровей, протекала струйка пота.

— Н-не надо, мы уйдем. Да, Михаил Трофимыч?

— Вы уходите, Трофимыча забираем. Так сойдет?

Было заметно, что более молодой напарник здорового постового с такой постановкой вопроса не согласен, но черный зрачок пистолета являлся весьма убедительным аргументом. К тому же позади раздались громкие крики, и в помещение ворвалось несколько человек в защитном обмундировании.

«Кавалерия прибыла!»

— Наталка, кого спасаем?

Иволгин смотрелся впечатляюще в бронике и шлеме, полностью увешанный оружием.

— Вы откуда?

— Мимо пробегали. Тревога же сработала. Кого валить? Этих двух? — полицейские уже были не рады, что сюда вообще приехали. Вооруженный до зубов спецназ ФСБ посматривал в их сторону особенно недобро, да к тому же держал на прицеле. Публика и вовсе забилась по углам. Бедная Амира спряталась за стойку бара, а лежащая на полу ведунья тихонько подвывала.

— Забираем к себе ту чертовку. Да, Пелагея?

— Так точно, товарищ капитан. Будут к ней вопросы.

Иволгин поднял таролога с пола и достал наручники, но Трескина отодвинула его и заковала руки ведьмы своими.

— Простые тут не подойдут.

— Вопросов нет. Мента куда?

Майор здорово оконфузился. Почуяв неладное, напрудил в штаны.

— Его парням отдай. Крышевал местных урюков. И этих, — Седых кивнула в сторону понурых охранников, — также заберите. Граждане, можете продолжать куролесить, волховать! Операция закончена! Илья, пистолет опусти.

Выйдя из душа, Семенов осознал, что допустил огромную ошибку. Людмила сидела на диване и озабоченно держала в руках его наплечную кобуру.

— Илик, это что?

— Отдай! Оружие детям не игрушка.

— Так ты все-таки…

— Я же говорил, лейтенант спецслужб. Это все, что тебе надо знать.

Девушка ошеломленно потрясла головой, затем подняла глаза на Илью:

— Ты, получается, сейчас был на задании?

— Ну, типа того.

— Ты заинтриговал меня. Для этого был весь маскарад? А я думала, что ты на службе лишь бумаги перебираешь.

Илья застегнул рубаху и улыбнулся — скользкий разговор стоило увести в сторону.