Иван жил вместе с мамой и двумя сёстрами-близнецами – Лизой и Милой. Отец ушёл в другую семью, когда девочкам ещё не исполнилось и года, а Ване было всего шесть. Мальчик с содроганием вспоминал ежедневные скандалы, из-за которых приходилось прятаться в комнате и напевать сёстрам какую-то слащавую песенку – только бы заглушить эти дикие крики. Когда родители ругались, они превращались в двух хищников, готовых загрызть друг друга в борьбе за добычу. Ваня даже не помнил, что обыкновенно служило причиной подобного превращения. Ссорой начинался любой день, ссорой же он и заканчивался. Одно мальчик знал твёрдо: мама и папа давно разлюбили друг друга. А может быть, и вовсе никогда не любили.

В конце концов Галина Николаевна вместе с детьми перебралась в семейное общежитие. Теперь ребята ютились в одной маленькой комнатке с тем особенным, затхлым запахом, который невозможно ни выветрить, ни перебить. В дождливые дни протекала крыша, приходилось ставить тазики, чтобы не затопить соседей. От повышенной влажности и холода дети всё время кашляли и часто болели.

Ивану пришлось рано повзрослеть. Как старший сын и единственный мужчина в семье, он чувствовал двойную ответственность. Маленький Ваня заботился о сёстрах, готовил для них ужин и укладывал спать, когда мама работала допоздна. Он с самоотверженным усердием справлялся со всеми домашними обязанностями, и мама нередко плакала, прося у него прощения за собственную невнимательность и… бесполезность. Но это, конечно, было не так; из-за хромоты, которая стала её верным спутником с детства, она не могла устроиться на высокооплачиваемую работу. Про филологическое образование и иллюзии юности Лебедева даже не вспоминала. Она зарабатывала на кусок хлеба и оплату комнаты в общежитии, трудясь в прачечной. Принимала бельё, заполняла необходимые документы, отказалась от сменщицы, чтобы получать больше, а временами подрабатывала там же ночным сторожем. Деньги от бывшего мужа Галина Николаевна не брала из принципа: невзирая на неожиданно навалившуюся нищету, она сохранила гордость и оставалась всё такой же упрямой и непреклонной, как и прежде.

Ваня знал, что только он сможет вытащить семью из трясины. Он делал домашние задания по ночам, когда сёстры засыпали, и хорошо учился, умудряясь схватывать всё на лету. Мальчик ещё в средней школе решил во что бы то ни стало поступить в медицинский, а для этого нужно было сдать экзамены на отлично и получить золотую медаль. По крайней мере, Ване казалось, что в этом заключается залог настоящего успеха. Иногда он представлял себя в операционной со скальпелем в руках. Ему хотелось стать именно хирургом, чтобы спасать человеческие жизни. Ваня думал, что талантливый доктор может претендовать на звание бога. Конечно же, это и есть Бог в белых одеждах. Он никому не даст умереть, потому что у него золотые руки и чуткое сердце. Ваня и слышать не желал про ледяной взгляд и холодный разум – якобы преданных помощников любого врача, не позволяющих ему сойти с ума. Он хотел быть уникальным, не таким, как все – искренним и сострадательным. Хотел успокаивать пациентов перед операцией, говоря им тёплые слова, держать за руку их родственников, вытирать слёзы и обнимать за плечи… Словом, медицина представлялась ему тогда делом не столько серьёзным и ответственным, сколько романтическим.

Конец ознакомительного фрагмента.