– Развратная семейка, - фыркнул я, - было дело в Ризле. Ещё до встречи с тобой, когда я поступил в «Академию Магии» - перед самым отъездом.

– Вооот как… А ведь я хотела бы попробовать, - она выразительно посмотрела на меня.

– Это намёк, развратная магиня света?

– Кто знает, - улыбнулась Элира, - сам сетовал на непонятность женского мышления.

– Так всегда было – вас попросту не понять, - сказал я.

– Хочешь расскажу тебе секрет женского мышления? – спросила Элира.

Я заинтересованно посмотрел на неё, выражая своё согласие.

– Чтобы понять женщину, надо родиться женщиной, - пропела Элира мне на ухо.

– Ясно. Впрочем, ничего нового, - ухмыльнулся я.

– Ну есть ещё один способ. Скажи, дорогой, чем ты руководствуешься при составлении своих сверххитрых планов? – спросила Элира, когда мы вошли в гостиную, бросая на меня хитрый взгляд.

В гостиной Клормов было светло, шторы были раздвинуты в стороны, допуская солнечный свет в гостиную. Стол всё так же стоял в центре огромной комнаты и уже был полностью сервирован. Четы Клормов здесь, пока, не было.

– Выгодой, не важно каким образом я её достигну, - ответил я, отодвигая стул и предлагая моей леди сесть, затем сам садясь.

– Спасибо, - поблагодарила меня Элира, - женщины никогда не думают категорией выгоды. Нет, есть личности, к примеру сестра Императора, но зачастую женщины чувствуют, а не думают. Там, где для тебя холодный расчёт – для нас чувства. Я тому идеальный пример.

Я вопросительно взглянул на неё.

– Эх… Ничего вы, мужчины, не понимаете! Джошуа Майсан – племянник герцога, один из влиятельнейших мужчин страны, настолько влиятельный, что он смог оплатить себе развитие с уровня: «бесполезный кусок говна», до седьмого ранга воинов. И Аксель Тенебрис – бастард графа Сейлорда. Бастардов в нашем мире до сих пор ненавидят и презирают. А теперь представь, милый, будь ты женщиной – кого-бы ты выбрал?

Я скривился на такое заявление.

– Не надо кривиться, - улыбнулась Элира, - тебе сложно представить себя, но только женщиной? Женщиной… Конечно, даже если ты представишь себя женщиной – ты всё равно будешь судить с позиции выгоды. Поэтому я и сказала, что чтобы понять нас надо было родиться женщиной. И теперь ты видишь, как мыслит женщина?

– Но твоя мать, сестра Императора…

– И Аира, в конце концов, не думаешь же ты, что она любила Сейра Мейнольда? Она, к слову, была влюблена в тебя, - шокировала меня Элира, - есть женщины, которые переступают через чувства, но такие женщины – всегда страдают.

– Ни намёков, - ошарашенно проборматал я.

– И не собиралась, она всегда любила своего отца больше всех и слушалась только его, поэтому, когда отец сказал ей «выбросить из головы дурь и влюбить в себя Сейра» она это и сделала, хоть и плакала по ночам, поэтому я и обозвала её тогда, сам понимаешь кем и сам понимаешь – почему.

– Как спалось, молодые люди? – в гостиную вошла чета Клорм.

Оливер Клорм выглядел уставшим, но жутко довольным, казалось – он светился от счастья. Оливия тоже одаривала своей улыбкой всех присутствующих.

– Прекрасно, Барон Клорм, Леди Клорм, - я поприветствовал их, слегка склонив голову, - благодарю за гостеприимство.

Каждое утро это повторяю, но впервые Оливер одобрительно кивнул мне, при этом рассматривая свою жену. Кажется, дело сдвинулось с мёртвой точки. Чета Клормов заняла свои места, и мы принялись завтракать.

– Сегодня – новогодний бал, - сказал Оливер. – Аксель, - он обратился ко мне, - мы с женой посовещались, - ага, я слышал, - и решили – что вы достойны сопровождать Элиру в качестве кавалера на Новогодний Бал во дворец.

– Почту за честь сопровождать такую прекрасную леди, - улыбнулся я и получил толчок под рёбра.

«Слишком светишься от счастья» - едва слышно прошипела мне на ухо Элира.

«Ничего не могу с собой поделать» - прошипел я в ответ.

– Мы тоже будем на балу, - сказала Оливия, - почти все аристократы Империи там будут. И я бы хотела поговорить с Акселем, после завтрака, наедине.

– Как вам угодно, госпожа Оливия, - кивнул я.