На рассвете я уже сидел на пороге своей будущей лавки, дожидаясь прихода Антонины Владиславовны. У моих ног лежала сумка с инструментом и необходимыми на сегодня ингредиентами. Предстояло закончить возведение магической системы на моей территории — дальше рабочие уже приступят к завершающей стадии отделки.

На ступеньке стоял пластиковый стаканчик с горячим кофе, купленным по пути сюда. Периодически прикладываясь к нему, я осматривал результат работы бригады и чувствовал, что хоть где-то достиг прогресса. Оставаться дома, чтобы поваляться в постели лишние пару часов, не хотелось. Ни к чему задерживать бригаду — чем быстрее они закончат, тем быстрее я уже, наконец, открою свою лавку.

А то до смешного доходит — я самому императору артефакты делал, а своими собственными делами еще не занимался. Все время приходится куда-то бежать и что-то делать — то от кровавого культа отбиваться, то от наемников. Но будем надеяться, что теперь, когда Сухарев сдал своих подельников, в Кремле опомнятся и действительно наведут порядок.

Небольшая легковая машина остановилась у ворот и медленно проползла вдоль забора к обочине. Погасив двигатель и только после этого отстегнув ремень безопасности, лейтенант Службы Имперской Безопасности выбралась наружу.

Я улыбнулся, глядя на точно такой же стаканчик с кофе у нее в руке. На плечо девушка закинула сумку с собственными инструментами. Калитка пока что не закрывалась толком, так что моя ученица без посторонней помощи прошла внутрь и направилась к крыльцу, на котором сидел я.

Отсалютовав ей своим стаканчиком, я произнес:

— Доброе утро, Антонина Владиславовна.

— Утро доброе, Иван Владимирович, — искренне улыбнулась мне Жданова. — Смотрю, ваша лавка почти готова к открытию.

Я кивнул и похлопал по ступеньке рядом с собой, приглашая ее присесть. Там уже лежала моя расстеленная куртка, так что девушке не пришлось бы сидеть на холодном.

Поставив свою сумку рядом с моей, Антонина Владиславовна опустилась рядом. Места вполне хватало, но разместилась она так, чтобы касаться моего колена своим. Никакого подтекста в этом не было, обычный рефлекс женщины, оказавшейся рядом с мужчиной прохладным утром.

— Сегодня у меня большие планы, — объявил я, сделав глоток кофе. — будем с вами вместе заканчивать нашу часть работы.

— Вы доверите мне работать с защитой вашей лавки? — удивилась Антонина Владиславовна, вскинув брови.

Я улыбнулся в ответ.

— Вы будете наблюдать, — пояснил я. — Пока что вам рановато браться за такие сложные массивы магических ритуалов. Однако посмотреть, как с ними работают профессионалы, вам будет полезно.

Ничуть не обидевшись, Жданова кивнула.

— Я совершенно не против посмотреть, как вы будете работать, Иван Владимирович, — она подняла свой кофе и сделала маленький глоток. — Но я думала, у вас будет для меня какое-то задание…

— И без этого не обойдется, Антонина Владиславовна, — подтвердил я. — будем брать с вами следующий уровень сложности. Предупреждаю, получится не сразу, но начинать нужно.

То, что мы впечатлили комиссию из императорской семьи — это всего лишь первый шаг. Не то чтобы мне были принципиальны эти полмиллиона в месяц, но это уже вопрос репутации. Пока я показываю эффективное обучение и приоткрываю новые заклинания, правящий дом будет заинтересован во мне и моих знаниях.

Мысль об императорской династии заставила меня нахмуриться.

— Что такое, Иван Владимирович? — подобралась моя ученица.

— Да так, не переживайте, Антонина Владиславовна, — отмахнулся я. — Просто вспомнил об одном своем должнике. Размышляю, какую виру с него стребовать.

Она несколько секунд смотрела на меня, внимательно вглядываясь в лицо, наконец, вздохнула, прежде чем заговорить.

— Мне, конечно, неизвестно, кто вам задолжал, Иван Владимирович, — произнесла она. — Это, разумеется, не мое дело, да и не могу советовать дворянину, но мне кажется, вам не стоит слишком сильно переживать по этому поводу. Ваш должник либо заплатит вам так, как вы пожелаете, либо умрет.

Я улыбнулся и поднял кофе, предлагая Ждановой чокнуться стаканчиками.

— Вы правы, Антонина Владиславовна, — произнес я. — За то, чтобы все наши должники платили по счетам!

— И делали это вовремя! — поддержала мой тост ученица.

Посмеявшись, мы сделали по глотку, и я поднялся на ноги. Подав руку лейтенанту, я помог ей встать и, прихватив обе наших сумки, толкнул дверь в лавку. До моего приезда она, разумеется, была заперта на ночь, но у меня были ключи.

В пристройке ночевал сторож — дежурный от бригады, но больших надежд я на него не возлагал. Тяжело чего-то требовать от человека, который даже оружия не имеет. Его работа — вызвать полицию, если что-то пойдет не так.