К счастью, рука Лэнса крепко зажала ей рот. Её платье задралось на бёдрах. Стена была влажной под её пальцами. Её киска сжалась так чертовски сильно, что она была уверена, что будут необратимые повреждения, хотя это было так приятно.

Он сделал ещё один глубокий вдох, застонав, когда его движения внутри неё стали отрывистыми. Рука, сжимавшая её бедро, смягчилась и скользнула вокруг неё, обхватив грудь, когда он отпустил её шею. Собственное дыхание Лэнса было таким же прерывистым и громким. Его грудь прижималась к её спине. Он продолжал входить и выходить из неё, его бёдра ударялись о её задницу. Беспорядочные движения стали более плавными и менее настойчивыми.

— Блядь, — Лэнс зарычал. Он поцеловал её в шею. — Думаю, я мог бы просто оставить тебя, — прошептал он.

Наверное, это было самое приятное, что он ей сказал, но её не одурачишь. Он хотел её не ради неё самой. Он хотел её ради этого. Действительно невероятного секса. После той ночи в её комнате они трахались каждый день… по нескольку раз в день. Поначалу всё шло по той же схеме. Они ссорились, а потом трахались. После нескольких таких случаев они пропустили часть с ссорой и просто трахались до упаду.

В замке было множество ниш и чуланов, которые идеально подходили для быстрого секса. Лэнс мог кончить с ней не один раз и менее чем за пять минут. Как и сейчас, её возбуждало, что их можно было легко найти. Ощущения были намного острее, когда им необходимо быть тихими. Он пробирался в её комнату каждую ночь. Это было слишком. Это должно было закончиться.

— Это был последний раз, — выдохнула она. На этот раз Эмбер говорила серьёзно. Она действительно хотела.

Лэнс убрал волосы с её лица и поцеловал её. Его член мгновенно затвердел внутри неё, и она застонала ему в рот. Это было доказательством его власти над её телом. К тому времени, как Лэнс отпустил её, они оба тяжело дышали.

— Я с тобой не закончил, — предупредил он. — Это только начало.

— Я уезжаю домой через два дня.

— Чёрта с два ты уедешь, — Лэнс взял её за подбородок. Он отстранился, и Эмбер снова захныкала, на этот раз от потери. Какой огромный, эгоистичный ублюдок. — Есть несколько мужчин, которые выберут тебя. Попомни мои слова.

Ты не будешь одним из них.

Это задело. С другой стороны, ей было всё равно, что он думает. Определённо было всё равно, выберет он её или нет. Не то чтобы он что-то для неё значил.

— Я сомневаюсь, что соглашусь остаться, — выпалила она.

Его глаза потемнели.

— Ты согласишься.

— Почему тебя это волнует? — выпалила она в ответ.

— То, что у нас есть, особенное. Такое бывает раз в жизни, — он с гримасой снял презерватив.

— Это просто секс, — фыркнула она.

— Вот тут ты сильно ошибаешься, — его голос был тихим. Лэнс наклонился вперёд и нежно поцеловал её в губы. Прикосновение было нежным… даже сладким. — У меня было много секса со множеством партнёров… — его глаза блуждали по её лицу, прежде чем вернуться к ней. — То, что у нас есть, отличается. Это, блядь, зашкаливает. Ты не можешь уйти, так же, как и я не могу. Я зависим, — он отстранился от неё и застегнул джинсы.

Её трусики были спущены на одну из лодыжек. Он был одержим её киской. Мудак!

— Не смотри на меня так. Ты завязла так же глубоко, как и я.

Эмбер одёрнула платье. Он был прав, чёрт возьми. Кто знал, что половой акт может быть таким приятным? Кто знал?

— Значит, ты больше ни с кем не спишь? — какого чёрта она спросила об этом? Это не её дело, и в любом случае ей было всё равно. Ну, не совсем. — Я бы сочла это отвратительным, если бы ты это делал, — быстро добавила Эмбер. Это была правда.

Он изучал её глаза в течение долгих полминуты, немного напряжённо нахмурившись.

— Ты бы ревновала, если бы я трахал других женщин?

— Конечно, нет, — она фыркнула. — Просто секс — это интимно. У нас общие телесные жидкости. Ты знаешь, что ты мне совсем не нравишься, так с чего бы мне беспокоиться об обратном?

Лэнс заметно расслабился, натягивая рубашку через голову.

— Не пугай меня так. На секунду… Неважно.

— Так… ты? — Эмбер поправила стринги и подобрала свою брошенную сумочку, прежде чем повернуться лицом к Лэнсу.

— Мы пользуемся презервативом, так что тебе нечего бояться, — он слегка покачал головой. — Я осторожен. Это не важно.

Чёрта с два это было не так.

— Что ж, тогда это был последний раз. Я надеюсь, тебе понравилось, потому что это никоим образом…

— Я не вступаю в отношения, — его глаза сверлили её, но в остальном он был воплощением спокойствия.

Желание влепить ему пощёчину вернулось с удвоенной силой. Она сжала руки в кулаки, чтобы удержаться от этого. Что с ним было не так?