София и Алексей почти не уходили из дома Филатовых. Ведь, по сути Алексей такой же дедушка, как и Аркадий. Два деда иногда соревновались за внимание внуков.

И Элина видела, как Соболев старший нежен и внимателен с ее сестрой.

Она вернулась к работе в фонде. И попутно проводила занятия в детском доме. Скалодром она посещала, как член жюри в местных соревнованиях. И понимала, что счастье ее совсем близко.

Не хватало лишь одного. Ненормального черноглазого парня. О котором теперь приходилось по-настоящему переживать. Неизвестность это худшее из всех испытаний.

Она сбежала. Андрей умчался в офис. И она просто заказала такси. Самый настоящий побег. Ей нужно подумать. Помолчать. Послушать себя. Элина закрыла глаза, подставляя лицо теплому солнышку. И вдруг ее глаза накрыли шершавые ладони.

Стук. Стук. Сердце ухнуло в груди о ребра. Новый вираж неуловимых эмоций.

Парень развернул ее к себе. Присел на корточки. И не растягивая момент, впился в любимые губы поцелуем. Оторвался, чтобы рассмотреть блеск зеленых глаз. Как опьяненный подросток рассматривал дрожащие губы, бледное личико.

— Снова мы целуемся на кладбище. — прошептала Элина. И так же не могла поверить, насмотреться. Дима. Ее Дима вот он. Рядом. Горячий. Желанный.

— Анютка, была бы рада нашему воссоединению.

Она взяла его лицо в ладони. На носу ссадина. Один глаз припух. Губа рассечена. Он пытается улыбнуться, но выходит с трудом.

— Больно? — слегка губами коснулась его глаз. — Опять на войне побывал?

— Ну, почти. Твоего муженька из говна выдергивал. Чуть сам не измарался. — о том, что их чуть двоих со света не стерли, говорить не стал. Но только Элина и так это понимала. Все осознавала. Не просто так он исчез. И точно рисковал. Снова ради нее рисковал своей жизнью.

— Он жив? — ах, как же отказаться от этих странных игр словами.

— Живехонек. Дает тебе развод и желает счастья в личной жизни. Пошли отсюда поскорее. У меня при виде тебя пиздец уносит крышу. — особенно после того, как остался жив.

— Я даже понимаю почему!

Они почти выбежали с территории кладбища. И Элина тут же ухватила Диму за шею, словно пытаясь задушить. Нежно, но сжала. Прижалась к нему всем телом.

— Где ты был, а? Я же здесь чуть не умерла от страха за тебя, ненормальный?!

— Исполнял твое желание. Если бы не я, кокнули давно твоего муженька.

— Хватит его так называть! Сергей Тобольский вынужденно был моим мужем.

— Не так. Ты вынуждена была играть его жену.

— Ты ревнуешь?

— Да вот еще!

И тут Элина замерла, увидев его машину. Все тот же лэнд крузер. Ладошки приложила к груди, охнув. Все та же картинка сбоку автомобиля.

— Я думала, ты его в утиль сдал!

— Ты что это ж мой братан! Было время не мог его светить. Теперь я свободен.

Какое-то время они ехали молча. Просто катились по трассе. И при въезде в город, Дима свернул с нужного направления. Элина даже не собиралась ничего спрашивать. Дима держал ее пальчики. Нежно теребил их, лаская ладонь пальцем. Какая разница, куда он ее везет?! Главное с ним!

Дом. Недостроенный. Но интересной планировки.

Дима вышел. И обойдя автомобиль, помог выйти Элине.

— Элли, ты меня пугаешь. Вся такая в черном. Молчаливая. И теперь из машины выходить не хочешь.

— Дом не достроенный, но строителей нет вокруг. Это новый жилой поселок?

— Ты же видела, какие дома вокруг. Мы не на самом краю географии.

Дом двухэтажный. Почти полностью огорожен строительными лесами. Горы кирпича. Что-то упакованное.

— Дом достроен. Не доделан! По причине, что решение по отделке и цветам надо принимать хозяйке. А она вечно где-то шарахается. За границей.

— А прикольно. — Элина поковыряла носком кросовка мягкий гравий. — воздух здесь обалденный. Голова кружится.

— Ты права! Кружится. — он слегка нагнулся, подхватил девушку под колени и закинул на плечо.

— Спятил! Дима! отпусти! Я же не кулек с мукой!

— А я не грузчик. Но ты слишком медленно соображаешь и передвигаешься.

Дима поставил ее на ноги в маленьком помещении, полностью из стекла. Это можно назвать красивой закрытой мансардой. Весь деревянный пол усыпан лепестками роз. Посередине маленький столик, накрытый белоснежной скатертью. Столик сервирован. Вокруг столик полукругом просторный кожаный диван. А на белой коже диванчика рассыпаны алые розы. Помещение опоясывает воздушная вуаль, создавая эффект облака. Солнце искрится в каждой детали интерьера.