— Тогда бога ради, почему вы решили, что я буду утверждать каждого вашего помощника? Вы — командующий войсками и военный комендант Петербурга. Вы вправе принимать такие решения, как создание группы, которая будет разрабатывать преобразования самостоятельно. Или вам обязательно нужен комитет?

— Нет, ваше величество, это вовсе не обязательно, — покачал головой Кутузов. — Вот только мы уже пришли к определённому пониманию, в частности, к тому, что для лучшей службы необходимо выделить артиллерию в отдельный вид войск с отдельным военным ведомством, у которого будет своё финансирование.

— И вы решили получить моё одобрение? — я поставил пустую чашку на стол. Оставшаяся в ней гуща качнулась, оставляя на стенках и дне замысловатый рисунок. Научиться гадать на ней, что ли. Стоящие передо мной люди молчали, поэтому я вздохнул и медленно проговорил. — Хорошо. Выделяйте. Пока на бумаге. Потом будем обсуждать. Может быть, обожаемый вами комитет и создадим.

— Вы не хотите услышать наши предложения, ваше величество? — осторожно спросил старший из Эйлеров.

— Нет, не хочу, — я покачал головой. — Я не являюсь отменным специалистом в артиллерийском деле и могу что-то упустить. Вот когда вы составите общие положения, тогда и посмотрим. А теперь можете идти и приступать к работе. — Они молча развернулись и пошли на выход, я же потёр лоб и пробормотал. — Мне же предстоит самое главное, найти деньги на все ваши начинания. Ах да, ещё и отдельное финансирование нового ведомства. — Дверь за ними закрылась, но выходящий последним Аракчеев бросил на меня весьма задумчивый взгляд, словно услышал моё невнятное бормотание.

Я посмотрел на кофейник. Ещё, что ли, кофе плеснуть? Но затем оставил эту идею. Нет, пары чашек в день вполне достаточно. Таблеточек от давления здесь нет, и ещё очень долго не будет, не стоит провоцировать ранний инфаркт слишком уж сильно.

Дверь открылась, и в кабинет вошёл хмурый Макаров. Он бросил быстрый взгляд на стол, и я тут же махнул рукой.

— Угощайтесь. Правда, кофе немного остыл, но думаю, что всё ещё бодрит. — Макаров кивнул с благодарностью и принялся наливать себе ароматный напиток. — У вас весьма зверское выражение на лице, не поделитесь, с чем оно связано?

— Никогда не думал, что благородные люди будут настолько стараться утопить друг друга, — он покачал головой. — И прихватить с собой кого-нибудь ещё.

— Это всего лишь особенность человеческой натуры, — я подошёл к столу. Он был практически чист, все бумаги разобраны. — Лично я не вижу в этом ничего необычного. Посмотрите на меня, Александр Семёнович, разве я не попытался часть своей вины переложить на других?

— Вы её осознаёте, — ответил Макаров, прикрыв глаза.

— Они тоже, уверяю вас. Так проще. Никому не хочется становиться козлом отпущения. — Я повернулся к нему. — Как вы думаете, жизнь лорда Уитворта стоит десятой части от той суммы, в которую оценили жизнь императора?

— Вы хотите… — Макаров залпом выпил кофе и уставился на меня.

— Да, именно этого я и хочу. В этом будет скрыта самая большая ирония, не находите? Если его убийцам мы заплатим из его же собственных средств. И да, я хочу получить хорошие новости до коронации. Это возможно? — спросил я как можно небрежнее.

— Это… — Макаров запнулся, а потом довольно твёрдо ответил. — Это возможно. В Англии порой происходят жуткие преступления, просто жуткие. Даже такие высокопоставленные джентльмены, как лорд Уитворт могут пасть жертвой негодяев.

— Ну вот и отлично. А сейчас пора готовиться к отъезду. Осталось только подписать документы о создании новой службы с вами во главе. В этом плане я неоригинален. Служба Государственной Безопасности, простенько и со вкусом. Да, Александр Семёнович, не тяните со следствием. Заговорщики должны быть казнены до коронации. На таких мероприятиях все ждут, что император сжалится над преступниками и подпишет помилование. Я на это не пойду ни при каких обстоятельствах. Максимум часть имущества семьям оставлю.

— Я вас понял, ваше величество, — Макаров поклонился. — Могу я идти выполнять ваши поручения?

— Да, идите, — я смотрел, как он уходит, а потом снова перевёл взгляд на стол. Ну что же. Пора действительно собираться. Не стоит Москву заставлять сильно долго ждать.