– Парень, у меня сейчас на душе муторно. Хорошего человека убили.

– А у нас всех здесь горе,– парнишка широко развел руками.– Так что же, по углам разбежаться и волками друг на друга смотреть? Подойди к смотрящему, представься… расскажи, что ты за пассажир…

Парнишка показал на столик у окна, где играли в нарды двое крепких мужчин в майках. У обоих тела были обильно покрыты синими татуировками.

Генерал привстал и медленно подошел к столу.

– Садись, не маячь…– сквозь зубы процедил седоватый мужик с глубоким шрамом на щеке и хитрым прищуром. – Я Толя Ереван. Смотрящий камеры. Это Юра Кот.

Его напарник оказался немного моложе, с круглыми покатыми плечами борца.

Рядом на кроватях дрыхнули еще два постояльца: совсем мальчишка и небритый худощавый старик.

Рэй осторожно присел на край скамейки.

– Ну рассказывай,– усмехнулся Толя Ереван,– кто такой, за что взяли…

– Я Сергей Рябцев. Подозревают меня в преступлении, которое я не совершал. Я невиновен.

– А здесь, дядя, почти все невиновны…– хмыкнул Юра Кот.

– Я уже понял, что ты первоход,– улыбнулся Толик, обнажив железные фиксы.– А по жизни сам кто будешь?

– Военный.

– А… защитник Царя и Отечества? Я почему-то сразу так и подумал…

Смотрящий повернулся в сторону спящего парнишки:

– Чиж! Хватит харю плющить. Встань, чифира завари.

Паренек тут же подскочил как ошпаренный, мельком взглянул на вновь прибывшего. Он взял со стола большую алюминиевую кружку и направился к раковине, наполнил почти полную кружку водой, поставил на металлическую подставку и поджег снизу таблетку с сухим горючим.

Смотрящий изучающим взглядом окинул Рэя с ног до головы:

– Следак тебя уже колол на чистосердечное признание?

– Я ни в чем не виновен. И догадываюсь, кто на самом деле стоит за убийством…

– Ты следаку это сказал?

– Да он меня даже слушать не хочет.

– В том-то и все дело. Твои домыслы и догадки, парень, ничего не решают. Скорее всего на тебя все свалят. Следак прочуял, что ты простачок по жизни. Лох. А пару верных улик против тебя наверняка уже слепили, иначе не перевели бы сразу в СИЗО.

– Неужели и следователь замешен в этом темном деле?

– Как пить дать…– рассмеялся Толик.– Мужик, ты будто вчера на свет народился. Оглянись вокруг, чинуши миллиардами воруют, а зоны переполнены мужиками, которых за три кило краденных гвоздей за жопу взяли. Нет в жизни справедливости. Чижа вон, посадили, за то что он мажорику, сыну чинуши табло помял – три года парнишке теперь карячится… а он ведь за девку-однокурсницу вступился, тот чмошник ее в машине хотел снасильничать …

Чиж протянул кружку с крепким чифиром Толику и сразу направился готовить следующую порцию.

– Так что кумекай, первоход…–задумался смотрящий. – Если против тебя все карты – то червонец на зоне тебе точно корячиться.

– Дело какое-то слишком мутное…– хмыкнул Кот.

– Я точно не буду сидеть. Убегу и сам докажу справедливость.

Кот хмыкнул и нахмурился.

– Отсюда ты не убежишь,– рассмеялся Толик.– Ну завалишь одного или двух вертухаев чтобы сделать рывок – а их тут целая кодла отирается. Да ты и сам видел. Нашпигуют свинцом, и полетишь ты, дружочек, навстречу с архангелами, не доказав никакой справедливости.

Чиж принес еще одну кружку с темным чифиром и протянул новому постояльцу. Рэй осторожно отхлебнул горячий горьковатый настой и посмотрел в маленькое зарешеченное окно, за которым уже сгущались сумерки…

Максим Платов

Маг Виктор Иванович привез Максима к заброшенному заводу. Гигантские серые корпуса с выбитыми стеклами, скорее напоминали жилища сказочных великанов.

– Еще один памятник человеческой глупости,– хмыкнул маг,– в этот мегазавод в свое время вложили сотни миллионов, он проработал полгода, а в девяностые закрылся, потому что прекратились поставки комплектующих из бывших союзных республик…

Максим ошарашенно осмотрелся: картина заброшенной и огромной заводской территории напоминала кадры из фантастического фильма

–Пойдем, Максим…

– Виктор Иванович… я все спросить хотел, а что это за Конвенция, о которой вы упоминали…

– А… чувствуется профессиональная хватка,– ухмыльнулся маг.– Любознательный ты, Максим, что для твоей профессии, прямо скажу – не совсем хорошо. Но человек ты военный, хранить тайны умеешь, потому я кое-что расскажу.

Они медленно шли, пробираясь по высокой траве между заводских корпусов.