— Вы еще не наняли нового офицера? — спросила я, пытаясь сменить тему.

— Еще нет. Ни один из кандидатов не понравился мне настолько, чтобы работать с ним бок о бок каждый день.

— Важное замечание.

— Мне также нужен кто-то, кто бы имел представление о нашем особенном обществе.

Шеф Гарсия не знала и половины всего.

— Я понимаю, почему так трудно найти подходящего полицейского.

Она подняла руки и опустила их в бесполезном жесте.

— А пока я завалена работой.

— Я вам не завидую, шеф.

Она махнула рукой в сторону моего сада, похожего на джунгли.

— Как и я вам. — Елена развернулась, чтобы уйти. — Не забудьте позвонить мне следующий раз, — крикнула она через плечо.

— Хорошо. Спасибо, что заглянули, шеф Гарсия.

— Ты же не собираешься ей звонить, так? — спросила бабуля Пратт.

Я наблюдала, как шеф пересекает мост и направляется к воротам.

— Ни за что.

Когда я приехала, библиотека оказалась забита инвалидными колясками и ходункам. Я случайно наткнулась на толпу пожилых людей. Автобус снаружи должен был подсказать, что происходит групповой визит. Я предположила, что Хейли окажется слишком занята, чтобы разговаривать со мной, и развернулась к выходу, когда она меня перехватила.

— Лорелея, добро пожаловать! — сказала она, схватив меня за руку с излишним энтузиазмом. Ее карие глаза были круглыми и широко открытыми, словно она проглотила три эспрессо подряд и не знала, как управлять своим телом.

— Все хорошо, Хейли?

— Замечательно! Я люблю час для пожилых. Обожаю! — она бешено огляделась вокруг. — Пойдем, я покажу тебе, где книга, которую ты хочешь.

— Но я не…

Шикнув на меня, она потянула меня прочь от шума и суеты в тихий уголок библиотеки. Как только мы оказались в безопасности между двух стеллажей, она выглянула за угол.

— Как думаешь, они нас видят? — прошептала она.

— Сомневаюсь. Большинство из них сидят или сгорбленно стоят. Почему ты от них прячешься?

Хейли посмотрела на меня.

— Я не прячусь. Мне всего лишь нужен перерыв. Сегодня не хватает персонала, а это худшее время, чтобы остаться без помощи.

— Хуже часа для малышей?

— Намного хуже, — сказала она надломленным голосом. — Они любят читать, что замечательно. Великолепно. Я так рада быть библиотекарем в обществе, полном ненасытных читателей.

— Но? — заметила я.

— Но они еще и любят болтать, в основном о своих болезнях. Я не хочу видеть сегодня больше никого с грибковой инфекцией. Одного вполне достаточно. — ее передернуло.

— Ну, я здесь не для того чтобы болтать о болезнях.

— Слава Богу. Чем могу помочь?

— Мне нужна еще одна книга, лучше Гришэма или Крайтона.

— Это достаточно легко. У нас их десятки.

Я последовала за ней в соответствующий раздел, и она указала сначала на Крайтона. Я схватила первую попавшуюся, зная, что еще не брала ни одну этого автора.

— Я также хотела бы выяснить, что ты знаешь о Брюсе Хонге.

Она нахмурилась.

— Городской отшельник?

— Я думала, что Отто Висконти городской отшельник.

— Нет, Отто затворник, но он взаимодействует с людьми в той или иной мере. Брюс же настоящий отшельник. Он не общается вообще ни с кем.

— И не станет, к сожалению. Брюс мертв.

— Ох, — сказала Хейли тихо. — Какая жалость.

— Можешь рассказать мне о нем что-нибудь? — я надеялась, что информация о Брюсе приведет меня к секрету, таившемуся в его доме.

Звук электрического инвалидного кресла прервал нас. Хейли прижала меня к стеллажам, пока угроза не миновала.

— Что ты хочешь знать? — прошептала она.

— Все, что сможешь рассказать. Как долго он здесь живет? Не знаешь, если ли у него какие-нибудь родственники? Он когда-нибудь брал книгу?

Ее глаза загорелись.

— Да, он пользовался сервисом доставки. Никогда не приходил лично.

— Здесь есть сервис доставки?

Хейли кивнула.

— В основном он для тех, кто не может воспользоваться транспортом или прикован к дому. Пит Алтон — наш водитель. Он занимался этим целую вечность. Сожалею о том дне, когда он решил уйти на пенсию.