— Легион стоит здесь! — услышал я клич о сборе.

Нужно возвращаться. Я должен помочь тем, кто принял бой. Я должен встать в строй. Лечение подождёт, я… Чёртовы три Звезды, даже восстановить себя не могу. Плевать, нужно возвращаться, легион зовёт. Они не уйдут в отпуск без меня!

— Опустите меня на землю, — произнёс я, стараясь продрать глаза.

— Спокойно, скоро мы доберёмся до безопасных мест, — ответил мне кто-то.

— Какого дьявола… ты несёшь? — пытался я вырваться из чьих-то рук. — Опусти меня на землю… Легион… Зовёт…

— Да никого он не зовёт, он просто чудик.

Я окончательно перестал понимать, что происходит, но точно знал одно — пока легион стоит, я должен быть с ним. Нужно возвращаться.

Только вот сознание, похоже…

Открыв глаза, увидел небо, озарённое красным светом заката. Я лежал на подстилке в нашем лагере, рядом горел костерок, справа лежали доспехи, а слева от меня сидел Горано.

— Сколько я так уже… — запнулся я из-за сухости в горле. — Сколько времени прошло?

— Шесть часов, милорд, — ответил Горано, подсаживаясь ближе. — Как вы себя чувствуете?

— В горле сухо, а так всё нормально, — ответил я сипло. — Почему я так долго без сознания был?

Вопрос интересный, так как при лёгком ранении помогли бы лечебные зелья, а при тяжёлом — я бы до сих пор был без сознания. Ну или не чувствовал себя так хорошо.

— Выпейте, милорд, — произнёс Горано, держа в руках миску с чем-то жидким. — Вас довольно серьёзно приложило в городе. Зелья не помогали, пришлось звать целителя.

— С нами ещё и целитель был? — удивился я, принимая сидячее положение и взяв из рук старика миску, уточнил: — Сколько он с нас взял?

— Восемьсот серебряных монет, — ответил Горано. — Придётся отдать, когда вернёмся в Суру.

Хорошо, я не успел хлебнуть варева, а то бы подавился. Жрецы Миалы, конечно, славятся своими высокими ценами за целительство, но это как-то… А ведь Миала — богиня милосердия. Что же её жрецы такие немилосердные цены выставляют?

— Чёрт, — пробормотал я, перед тем как сделать глоток мясного бульона. — Меня что, настолько сильно приложило?

— На восемьсот серебряных монет, милорд, — ответил Горано спокойным голосом.

— Мне это ни о чём не говорит, — проворчал я, отрываясь от миски.

— Зелье лечения стоит шесть серебряных, — напомнил Горано. — Дальше сами судите.

Понятно, что сравнение некорректное — зелья лечат только физические повреждения, да и то с множеством ограничений, но озвученный пример меня всё равно впечатлил.

— Я что, при смерти был? — спросил я осторожно.

На это Горано немного помявшись, ответил:

— Нет, просто жрецы Миалы слишком дорого берут за свои услуги.

— Сволочи, — буркнул я, делая очередной глоток бульона.

— Что-то около того, милорд, — вздохнул Горано.

— Да и плевать, — произнёс я, после чего в несколько глотков допил бульон. — Помнится, я несколько десятков скрабов накрошил в городе, так что мы всё равно в плюсе.

— Хм, — замялся Горано. — Я не собирал добычу, милорд. Как только появилась возможность, сразу побежал в лагерь.

Ну, здорово. Получается, я ещё и жизнью рисковал за просто так. Понятно, что это ворчание, и я не рисковал, а тупо спасал свою жизнь, но как же обидно.

— Рейд ведь не окончен? — отложил я миску. — Значит, ещё будет время заработать.

— Может, вернёмся в Суру, милорд, — спросил Горано осторожно. — Всё-таки в Алане даже в совместном рейде небезопасно.

Я даже задумался о его предложении. Но чему меня жизнь вне дворца и научила, так это осознанию важности денег. Горано, скотина, разрешает тратить всего двадцать серебряных монет в месяц, и этого мне уже не хватает. А с такими тратами, он и эту сумму уменьшит. Я бы с ним ещё поспорил, деньги-то общие, но покупку дома он мне до сих пор припоминает.

Лагерь жил своей жизнью, готовясь к ночёвке. Охотники ходили туда-сюда, сидели у костров, общались. Неподалёку раздавалась чья-то ругань и какой-то металлический звон.

— Понимаю твоё беспокойство, — произнёс я, вновь ложась на лежанку, — но мы сильно по деньгам просели. Давай всё-таки попробуем отбить затраты. Обидно будет в совместном рейде в такой минус уйти.

— Вы слишком много значения придаёте деньгам, милорд, — произнёс Горано поучительным тоном.

— И это мне говоришь ты?! — возмутился я, вновь сев. — Да если бы не твои вечные причитания…