Удивительно, но он совсем не похож на художника. Скорее, на игрока в покер или шахматиста, что с отстранённым видом строит свои каверзные планы по захвату противника.

Да только с чего он взял, что этот противник – я? Почему именно меня нужно было захватывать?

Молчание усиливает невидимые удары молний между нами, но я первая нарушаю его:

– Я вас где-то уже видела. Правда?

– О да, Эмили. Ты видела меня, – он наклоняется ко мне ближе, поддевая подбородок так, словно я его ручная кошка. – Скажу больше: ты кончала подо мной. Много раз. Целую вечность.

Ну это уже совсем бред, хотя из его уст звучит чертовски убедительно! Взволнованно облизываю пересохшие губы, что мгновенно утратили влагу после его последних слов.

– Кто вы, черт возьми? – едва открывая рот, выдыхаю я.

– Я твой муж, Ми, – он ласково проводит по моим губам, вновь скривив губы в своей фирменной усмешке. – Добро пожаловать домой.

Выдержав драматичную паузу, он добавляет:

– Мы можем перейти на «ты», также быстро, как перейдем к исполнению тобой супружеского долга, – он говорит, а я не понимаю: фанатик издевается или говорит серьезно.

Я не перенесу насилия. Для меня нет ничего унизительнее и омерзительнее, чем секс по принуждению. Я слишком хороша, чтобы быть использованным телом для секса.

– Но у меня нет никакого мужа и никогда не было, – выдыхаю, оказавшись в эмоциональном тупике.

Почему этот безумец говорит о том, что я его жена таким тоном, будто это чертова правда? Возможно ли такое? Возможно ли, что я очень сильно ударилась головой и забыла огромную часть своей жизни?

Мысли пляшут в беспорядочном хаосе, пытаюсь примерить на себя роль некой Эмилии, восстановить хоть какую-то возможную хронологию жизненных событий, но сделать это – все равно, что поймать сон сразу после пробуждения. Невозможно и бессмысленно, ведь он утекает в глубины подсознания, словно песок сквозь пальцы. Как бы сильно не старалась – мне тяжело удерживать свои воспоминания.

Конец ознакомительного фрагмента.