– Он что, насадил его грудью на ствол дерева? – говоря это, наёмник ковырялся маленькой веточкой в груди покойного. – Лен?

Мой «компаньон» лишь помотала головой.

– Ярослав? – тут уже мужчина обратился ко мне. – Ты что с ним сделал?

– Убил, – сухо сказал я. – Защищаясь.

– А вот с этого места поподробнее, – зазвучал за спиной голос Эдварда Тойвовича.

Руководитель гильдии бесшумно подобрался с другой стороны от места, через которое пришёл Виктор, в сопровождении четырёх носителей симбионтов физического типа. Более того, Лаане откровенно не сводил с меня изучающего взгляда, словно пытался уловить то, чего не видели другие.

Пришлось рассказывать всё как есть. Как Лена убирала с меня чужое воздействие с помощью своих способностей, что и позволило не умереть в первые секунды боя. Как я начал его рвать и запустил руку в грудь, чтобы сжать сердце… рассказал всё во всех подробностях, вплоть до ветки дерева, которая сыграла на руку магу.

Но про питание, разумеется… ни слова.

– Маги физически слабые, – после моего объяснения заговорил руководитель нашей гильдии. – Их тела хрупкие, а гонор так и лезет через ворота, чтобы показательно отлупить тебя. Из всего твоего рассказа я не понимаю лишь одного, почему он пришёл сюда?

– А мне откуда знать?! – удивлённо воскликнул я. – Я же его не за ручку сюда привёл.

– Странно, – задумчиво пробормотал Лаане, потерев подбородок.

И лишь после того как нашу скромную компанию посетила судья, нас распустили по разным углам. Точнее, меня и Лену посадили в машину Эдварда Тойвовича, где мы должны были дождаться его, а вот Виктор с наёмниками из другой гильдии пошли прочёсывать лес в поисках каких-то следов, которых мы до этого не видели.

Суть «претензии» Лаане вскрылась лишь после того, как наёмники вернулись и доложили, что никого больше не нашли, а значит, маг здесь был один, да и за нами никто не наблюдал. И уже тогда начальник нашего скромного «отдела» сел на водительское место и, ловко, но без суеты выворачивая руль, решил с нами поговорить более предметно.

Ко мне претензий, как я и думал, не было. Как и к моим действиям. К действиям Лены - то же самое. Была претензия к самой ситуации…

– Любой подобный маг становится маньяком, когда начинает напитываться эмоциями убийств, – мужчина включил передние габариты и выехал на ровный асфальт. – Что-то такое происходит не только с их симбионтами, но и с разумом самого носителя, что они становятся опасными даже для своих. И этому воздействию очень сложно противиться, – почему мне показалось, что Лаане говорит так, словно всё же есть тот, кто пошёл таким путём, но не потерял себя? Или же он вспоминал что-то своё? Расспрашивать в этот момент его я посчитал излишним. – Поэтому подобные Ежову обычно не опускаются до уровня убийства более слабых существ. Какие эмоции он может получить от животного, а, Лена?

Брюнетка пожала плечами в ответ на вопрос. Лаане же довольно хмыкнул и продолжил:

– Именно! Никаких. Суть моих расспросов была в следующем… он был не один. Я уверен в этом.

– Почему? – удивился я. – Вы же сами рассказывали про его род…

– Рассказывал, – согласился старик. – Но мы имеем рядом с ним ещё кого-то… кого не видим. Кого не смогли найти. Поэтому мы и дело закрыть не в состоянии. Более того, судья сама выдала распоряжение от своего лица продолжить искать убийцу.

– Думаете, этот Ежов выращивал себе замену? – решил высказать я своё предположение.

– Именно, – Эдвард Тойвович резко вывернул руль и съехал на грунтовку. – Маньяки не отличаются друг от друга тем, что кто-то является носителем симбионта, а кто-то нет. Слышали про такую вещь, как ген безумца?

Я утвердительно кивнул. Интернет у меня есть, так что об этом не слышал только ленивый…

А суть озвученной Лаане теории была в следующем…

Ежов, перед тем как начать уничтожать стаю рядом со своей фермой, судя по всему, нашёл отшельника… молодого мага или мутанта с нездоровой психикой, что могло показаться таковым на первый взгляд. Нездоровую психику маги чувствуют на уровне инстинктов благодаря тому, что плотно взаимодействуют с эмоциональным фоном людей, поэтому найти душевнобольного для него не было проблемой.

Скорее всего, «ученик» - самый обычный человек. И не больше. Ибо на это указывает смерть живности, и смерть женщины, у которой в спине оказалась труба, что явно было излишним в плане извлечения силы из убийств.

– На месте кладбища домашних животных, – мы вновь вернулись на асфальт и теперь ехали более плавно, – будет дежурить группа. Скорее всего, ученик, которого вырастил Ежов, уже знает, что его выслеживают, так что там он не появится. Но это даёт нам весьма серьёзную задачу… – выследить человека. Понимаете, какая это проблема?

– Потому что мы не полицейские, и к делу нас никто не допустит? – высказал я своё предположение.

– Нет. В любой структуре есть маги или мутанты, и они находятся на разном уровне влияния, так что если потребовалось бы, то мы бы выбили все необходимые разрешения. Но дело в другом… ни я, ни ты не можем определить психа. Поэтому в нашу группу добавится временный работник. Многим он придётся не по душе только из-за его поведения и его репутации. Но иного выбора пока что нет.

– Эдвард Тойвович, – заговорила Лена. – Только не говорите, что к нам направят Эльвиру Заславскую…