Слава… что он имел в виду?! Какая опасность?!

Елена Амурская замотала головой, сбрасывая все лишние в эту секунду вопросы. Если Слава сказал ей предупредить отца, значит она это сделает.

Она ему верила!

А потом непременно узнает всё-всё!

Елена, скользила среди танцующих пока не нашла своего отца. Он только закончил вальс с одной из девушек вассального рода клана Амурских и взял у официанта-разносчика вино, задумчиво болтая его в бокале.

Но когда он увидел свою дочь, то незамедлительно двинулся к ней навстречу.

— Лена, ты что, пропустила мимо ушей всё, что я тебе сказал?! Зачем ты в открытую поддержала Кальмарова? Твоей дед не должен даже заподозрить, что вы с ним знакомы!

— Отец, нам срочно нужно увести отсюда людей!

Виталий Амурский опешил от того, что дочь перебила его. — Что ты говоришь?!

— Слава сказал, что тут скоро будет опасно!

— Ты это Кальмарова так называешь?! Вы говорили?! — он покраснел, глаза налились кровью. — Значит ты посмела ослушаться меня и заговорить… — но он тут же осёкся.

Потому что загрохотали все двери бального зала. Они открылись одновременно.

Внутрь, вооружённые ружьями, ввалились люди в чёрной форме ДКРУ.

Впереди шёл сам Павел Леопардич, глава контрразведки.

Все танцы моментально прекратились. Женщины прижались к нахмурившимся мужчинам.

— Судари, сударыни, — звучно заговорил Леопардич. — Просьба не беспокоиться. Мы пришли сюда лишь для того, чтобы свершить имперское правосудие. Именем императора, я предъявляю губернатору обвинение в коррупции и хищении в особо крупных размерах, давлении на крупный бизнес и мошенничестве!

Все стали оглядываться в поисках губернатора. Но его нигде не было.

Леопардич хмуро осмотрел зал, а потом скомандовал своим людям. — Обыскать дворец, найдите этого борова мне как можно скорее. А также, — он острым, словно у хищного орла взглядом, прошёлся по залу. — Княжич Амурский, граф Косаткин и бастард Кальмаров должны проследовать с нами для дачи показаний. Пока как свидетели.

Елена Амурская могла стоять и смотреть. Но выбрала действие.

Отдалившись от отца, она скрылась за фигурами аристократов и подошла к распахнутому окну. Потом тихо и шустро, словно тень, выскочила наружу, принимая в падении полутигриный облик.

Каблуки с треском разлетелись, даже несмотря на приземление на четыре конечности. Зато платье удачно растянулось в нескольких местах, принимая новую форму.

Шелкопрядовы не обманули. Оно стоило своих денег и времени.

Тут же в небо над дворцом ударил свет, освещая низкие вечерние облака. И его источник был по другую сторону от дворца.

Что там происходит?

Скинув ставшую бесполезной обувь, Елена поспешила выяснить. Если у неё не вышло всех вывести, значит она поможет их спасти!

Тигрица она или кто?

Столб белого света возник над лабиринтом из живой изгороди. Все прогуливавшиеся резко обернулись на него с раскрытыми ртами.

А потом оттуда, из центра лабиринта, поднялись огромные белые щупальца. Полупрозрачные… точь-в-точь как мои, только гораздо крупнее.

Сила дара Кальмаровых…

В голове послышался ментальный голос Зырика. — Друг! Там большая энергия!

— Вижу.

Истинное Виденье!

Щупальца прощупали над лабиринтом точку, из которой мог получиться прорыв на Изнанку. Затем они погрузились в неё и принялись расширять, открывая проход в другой мир.

А я уже поднял себя вверх телекинезом и встал на живую изгородь, чуть поддерживая себя им, чтобы не провалиться в кусты. А потом начал перепрыгивать с одного куста на другой, к центру лабиринта.

Вокруг началась паника. Кто-то побежал с криками во дворец, кто-то ошарашенно смотрел на открытие прорыва, а кто-то стал организовывать вокруг себя людей.

И тут с Изнанки полезли твари.

Скрюченные, крылатые существа из камня, отдалённо напоминающие людей — гаргульи. Так они назывались в одном из справочников по магическим тварям, которым Ярослав зачитывался бессонными ночами.

Они выбирались из другого мира, с противными криками разлетаясь по округе.

Но не всем повезло вырваться на простор. Сразу несколько пали под ударами Псионических Клинков.

Десять метров — мой максимум. Но его хватало, чтобы рассекать чудовищ.

Однако не они были главной проблемой. Следом из прорыва показалась огромная клыкастая морда, а затем и вся голова, напоминавшая крокодила переростка с тремя фиолетовыми языками.

Голова была настолько большой, что за укус он бы смог перекусить вагон поезда.