Шрифт:
Но меня ли?
Мои ли это воспоминания или чьи-то другие?
Я не могу сказать наверняка, но это пугает меня еще сильнее.
– Что со мной происходит?
Вопрос, на который я не могу найти ответа.
– Лучше не думать об этом…
Если буду слишком много об этом думать, то ничего, кроме депрессии, не получу. Лучше пока отложить эти размышления.
Одевшись, я вышел из комнаты и отправился на кухню. Надо бы перекусить…
1.Габсбурги – европейская императорская династия, известная близкородственными браками и вырождением. Египетские фараоны и вовсе нередко брали в жены своих сестер.
Глава 6. За нас!
– С Рождеством! – сказали все за столом, поднимая бокалы.
У кого было шампанское, а кому достался лишь сок, ну, точнее, мне с Генни. Нам алкоголь никто давать не собирался, да мы и не сильно хотели.
Выпив, все приступили к ужину. Тетя Меда очень постаралась приготовить все это, и мы с аппетитом наслаждались прекрасной едой. Да, теперь я вижу, как скупы мои кулинарные таланты по сравнению с ней. Мне есть чему поучиться.
За праздничным столом собралось не так много людей, но все это были фактически члены одной семьи. Тут был я, Генни, тетя Меда, Нимфадора, Сириус и даже Римус сумел приехать. Компания маленькая, но радость и веселье прямо витали в окружении, и все негативное, плохое и сложное осталось за дверью, а сейчас было лишь счастье.
– Передайте мне мясо, - сказала Генни.
– Ты уже половину схрумкала, не лопни, - хихикнула Нимфадора.
– Я растущий организм - мне можно.
– Расти ты вширь будешь… Эй, отберите у нее жаркое, а то реально все сама съест!
– Нимфа, не жадничай, у нас еще есть, - ласково произнесла тетя Меда. – Ой, у нас рагу закончилось.
– Ого, какая скорость! Хватит поглощать все, Генни, а то нас голодными оставишь.
– Тебя-то голодной не оставить, - буркнула сестра. – Вон какие буфера отъела.
– Ну, так посмотри получше! – с этими словами Дора обняла ее голову и прижала к своей, в два раза увеличившейся, груди.
– Мф-м-м-м-м! – пыталась дышать Поттер и машет руками.
– Хе-хе-хе! Сама такие отрасти!
Сириус и Римус смотрели на все это с большим интересом, но вступать в конфликт не пытались, ведь можно под горячую руку угодить.
– Нимфадора, прекрати, - строго сказала тетя Андромеда, пытаясь спасти Генни от удушения.
– Да ей самой нравит… Ай! Не кусайся!
– Жива! – выдохнула моя сестра. – Нафиг такие сиськи.
– Не завидуй.
– Было бы чему.
– Хватит конфликтов, - вновь строго посмотрела на них тетя Меда. – А ты, Сириус, чего сидишь, помог бы лучше.
– Не-не-не, я еще жить хочу! – тут же сказал он.
– Сириус знает, о чем говорит. У него большой опыт избегания женских скандалов… - «поддержал» друга Римус. – Один раз, когда его подружки сцепились, он и вовсе по потолку гостиной на паучьих чарах уползал.
– Что, по-твоему, я должен был сделать? Они бы меня убили!
Вот в такой веселой атмосфере и проходил весь вечер. Шутки, смех, радость и веселье - все сразу и по отдельности.
«Так вот что такое «праздничный ужин»»,– улыбнулся я.
Никогда раньше я не испытывал подобного. Дурсли не разрешали мне праздновать с ними, а потому все, что у меня было, - это тихие посиделки в своей комнате. В школе было получше, я был одним из немногих, кто оставался в школе на праздники и в само Рождество сидел или с учителями, кто остался в Большом Зале, или же с домовиками.
И вот сейчас я в окружении людей, которым как минимум не безразличен, и мне хорошо.
Ненавижу тишину…
«Навевает воспоминания…»
– Да! Мы победили! – громко сказала она, ударив деревянной кружкой по столу. Затем налила себе еще пива, встала на стул и поставила ногу на стол. Широкоплечая приземистая шатенка, облаченная в доспехи, подняла пиво. – Тост, народ! За справедливость!
– ДА! – поддержали ее остальные, поднимая свои кружки.
– За телочек и сиськи! – подскочил блондинистый парень слева от нее, одетый в темные одежки.
– За жратву и битву! – расхохоталась высокая девица с пышной рыжей шевелюрой и веснушками.
– За бухло и бухлище! – грустно провозгласил бледный мужчина с давно не мытыми невнятно-темными волосами, из-под которых торчали острые кончики ушей, и тут же пошатнулся, чуть не расплескав драгоценный напиток. – Да, да, Рысь, я помню, сегодня мне можно только пиво! Но это не означает, что я должен быть от этого счастлив!