Телефон звонит. Что? Он мне еще и названивать будет после этого! Сбрасываю вызов. Вот нет у меня никакого желания с ним разговаривать! Снова звонит. Ну, я вас, Андрей Константинович, уже изучила. Попробуйте дозвониться на выключенный телефон. А я лучше какую-нибудь новогоднюю комедию посмотрю. Подумала я и пошла за ноутбуком.

Андрей: Вика, у тебя все нормально? Я не могу до тебя дозвониться!

Ах, да, сюда ведь, он тоже может писать.

Андрей: Вика, лучше ответь мне!

Виктория: А хуже???

Андрей: Ты на меня обиделась?

Виктория: Чего ради! У меня все прекрасно. Я доедаю вторую салатницу оливье.

Андрей: Вик! Не обижайся на меня. Включи телефон, давай поговорим.

Ладно. Что интересно, он мне нарассказывает. Принимаю вызов.

— Вик! Не обижайся на меня. И правда, очень некрасиво получилось. Я только сейчас на эту ситуацию со стороны посмотрел. Испортил тебе праздник!

— Что у тебя случилось?

— Я просто заболел, — с какой-то усмешкой произносит Андрей.

— Чем?

— Ветрянкой!

— Да что ты мне рассказываешь. Ты врач, терапевт. Если ты не переболел ей в детстве, то к своим сорока годам. Уж точно должен был переболеть.

— Вика! К каким еще сорока годам — смеется Андрей.

— Ну, я накинула тебе пару лет.

— Вик. Не накидывай больше. Мне всего тридцать три.

— А почему ты мне сразу не сказал?

— Я же тебе звонил. Ты не брала. Потому и написал сообщение. Веришь или нет. Но я спал. Просто выпил жаропонижающее и отрубился. Вот проснулся и сразу позвонил тебе.

— Вик?

— Что?

— А ты болела?

— Болела лет в двенадцать!

— А ты не хочешь меня полечить?

— Не знаю.

— Вик! Будь человеком! Я ведь тебя лечил.

— Хорошо. Только при одном условии.

— Каком?

— Я буду лечить тебя зеленкой.

— Виктория Сергеевна. Проявите ко мне немного сострадания. Вы вообще в курсе, что современная фармакология предлагает огромный ассортимент препаратов гораздо эффективные зеленки?

— Только зеленка. Иначе лечить не буду!

— Хорошо.

— Диктуй адрес.

Дверь мне открыл. Совсем не тот Андрей, к которому я уже привыкла. Видно, что чувствует он себя не очень хорошо. Тем не менее старается этого не показывать. Я знаю, что взрослые люди иногда очень тяжело переносят ветряную оспу. Да что там говорить, некоторые мужчины при температуре тридцать семь и два уже лежат пластом. Так что он еще выглядит бодрячком или старается им выглядеть. Захожу в квартиру, отдаю ему пакет. По-моему, мы немного поменялись ролями. Правда, вместо яблок и конфет у меня там пара салатов, кекс и курица.

— Тебе очень плохо?

— Да нет! Нормально! Сейчас так и вовсе отлично, — улыбается мне он.

Я, конечно же, принарядилась. И знаю, что выгляжу очень даже… Единственное, что портит мой великолепный образ — это забинтованный палец.

— Что у тебя с рукой?

— Об терку порезалась. Ничего страшного.

Андрей жестом приглашает меня в комнату. На диване лежит собака, точнее собачка. Маленькая и по глазам вижу не очень добрая. Она начинает рычать и оскаливается. Да уж. Андрей возвращается из кухни. И видит такую картину: я стою и боюсь пошевелиться, а эта мелочь рычит на меня со злостью Уссурийского тигра.

— Не бойся, это мамина собака. Она здесь временно. Матильда, конечно, с придурью. Но кусается редко.

Он уносит рычащую собаку, а я присаживаюсь на диван. У него довольно уютно. Порядок. Не то, что у меня. Может, он готовился к моему приходу. Хотя это вряд ли. Выглядит он и правда не очень.

— Я принесла зеленку. Объявляю я, как только он возвращается, и достаю из сумочки целый флакон.

— А валик взяла? Или кисть пошире?

— Зачем это?

— Судя по твоей коварной улыбке. Ты будешь красить меня полностью. Вик. Пожалуйста, только лицо не нужно. Хорошо?

Говорит он и раздевается. К этому я почему-то не была готова. Спасибо, боксеры оставил.

— Приступай, — говорит Андрей, усаживаясь на диван. Он откидывается на спинку и закрывает глаза.

— Ты не хочешь этого видеть?

— Вика. Крась, пока я не передумал.

Ну я и покрасила. На самом деле высыпаний у него было не очень много. Но я старалась захватывать области по обширней. Он и правда красивый. У меня не подруга, а рентген. Она его в пальто видела и то красавчиком сразу окрестила. Высокий. Я обратила внимание, что глаза у меня обычно где-то на уровне его плеча. А я ведь не такая уж и малышка. Я раньше вообще его не рассматривала. Сейчас смотрю и себе удивляюсь. Я, наверное, действительно слепая, раз не увидела всего этого. Или эта пульмонология так задурила мне голову, что я вокруг себя вообще ничего не замечала.