— Сын, это святое… — обронила она, направляясь вдоль променада, в сторону, откуда они около часа назад пришли.

— Рит, я не могу понять, что вас держит в таком напряжении при слове «сын», — остановил Константинов молодую женщину. — У меня их двое. Поверьте, отличные ребята. Старший уже вполне самостоятельный парень. Мы не вмешиваемся (ну, или стараемся не вмешиваться) в жизни друг друга. Второй еще совсем ребенок. Только — шесть.

— Я пока не готова к настолько откровенному разговору, — призналась Коташова, тяжело вздохнув. Вот эту часть его жизни ещё только предстояло принять. Сделать то будет непросто, что понимала уже сейчас.

— Я тоже, — и снова не лгал. — Поверьте, как и вам, мне страшно ошибиться. У меня за спиной два брака. Два предательства. Знаю, что чувствует человек, когда его предают те, кого любит, кем дорожит, на кого надеется в трудную минуту. Я даю время не только вам, но и себе, Рита. Хотя… — секундная пауза… И признание, от которого она, в какой-то степени, оказалась в растерянности. — Мое решение принято. На вас давить не хочу, не могу и не имею права. Никого не интересует причина нашего с женой разъезда. Все видят только штамп в паспорте. Это — как метка: неприкасаемый, принадлежит другой. Мне бы хотелось, чтобы мы с вами принадлежали друг другу. Но это — мое желание, Рита. Без обоюдного — у нас ничего не выйдет.

Они стояли непозволительно близко друг к другу. Не в первый раз нарушал расстояние, вторгаясь в её личное пространство. Но, странно, у неё… не появилось желания увеличить то. Напротив, сегодня поймала себя на мысли, что… хочет прикоснуться к нему. Почувствовать силу его рук во время объятий, его… запах… А он у него был особый, терпкий, мужской… Едва уловимый… По всей видимости — качественная, дорогая туалетная вода…

— Алексей, скажите, — начала Рита, в нерешительности смолкнув. А он, не без интереса наблюдя за ней, терпеливо ждал. Вот в данном случае помогать не собирался… — Если я задам один вопрос, ответите на него максимально честно?

Что именно могло заинтересовать? Хотел бы знать заблаговременно, дабы подготовиться к ответу. К сожалению человек, даже в век высоких технологий, не научился читать чужие мысли…

— Если это не будет касаться чести женщины — да, — голосу попытался придать тень иронии.

— Значит, правду могу не услышать, — был ею сделан вывод.

— А вы попробуйте, — предложил Константинов.

Что именно её могло заинтересовать? Точно знал, что ни в каком скандале с девицами замешан не был. Жена… Жена — разговор отдельный. И информации касаемо их нынешних отношений, в интернете пруд пруди. Мадам Петрова с готовностью раздает интервью направо и налево, представляя его в самом черном свете. Ну, а профессиональное…

— Я не смотрю всю чушь про жизнь звезд, — голос зазвучал с тенью сомнения и, в то же время… уверенно. — Но однажды вовремя не переключила канал и видела один момент вашего присутствия на свадьбе очаровательной блондинки…

Отлично помнил тот момент… Журналистов на мероприятии было предостаточно. Сам видел репортаж в нескольких так называемых светских передачах про жизнь кинозвезд и, отдельно — олигархов. А Лерочка Вешник на сегодняшний день была маленькой звездочкой большого сериала и, одновременно, единственной дочерью и, соответственно, наследницей бизнес-империи Николая Вешника. И, действительно, пару месяцев назад благополучно вышла замуж.

— Валерия Вешник, — имя озвучил намеренно, дав сразу понять, что в курсе события. — И что вы хотите узнать?

Что хотела узнать?.. Рита, на мгновение прикрыв глаза, постаралась справиться с охватившим вдруг беспокойством. Не ожидала, что так легко пойдет на контакт в данном вопросе. Все же тот касался достаточно молодой, интересной, даже сказала бы — чертовски привлекательной женщины. С которой у него вполне мог быть и роман…

— Вы обняли ее совсем не по-отечески, — выдала на одном дыхании. — А, как вы ее назвали — Валерия, была так счастлива…

И снова услышал… нотки ревности. Сколько бы не пыталась убедить в том, что ничуть его не ревнует… А, вообще, убеждает, действительно, его? — мелькнула вдруг мысль, — Или, всё же — себя?

— Ну, естественно, она выходила замуж за… — начал он издалека. Да, отлично помнил те «объятия»! Мастерская игра, не более того.

— Алексей, я сама женщина, — решительно остановила его Рита. — Она была счастлива не от того, что рядом муж.

— Рита, у нас с ней разница в возрасте больше двадцати лет, — не то сейчас следовало говорить. Совсем не то. Но фраза уже сорвалась с языка.

— А в ваших кругах модно жениться на внучках, — тон получился язвительным совершенно неожиданно. — Еще и детей делать. И гордиться этим. Мне только интересно — в семьдесят лет, действительно, можно наградить женщину ребенком?

Чуть склонив голову, Константинов не без интереса посмотрел на молодую женщину. И она еще пытается убедить его в отсутствии ревности? Нет, конечно, может, и не разбирается в женщинах, со стороны виднее. Но вот эта женщина… цепляла своей многогранностью!

— Не знаю, мне пока еще только сорок шесть исполнилось, — пряча улыбку, заметил он вслух. — Но можем попробовать провести эксперимент.