Так вот о каком долге говорил Орлов! Неужели это и вправду тогда был именно он? Непременно этот момент у него уточню, после того как ноги ему вырву, если он в ближайшее время не уймется. Сил моих больше нет это терпеть! И хоть бегу прочь на пределе возможностей, но легче от этого не становится. Проклятое «И-И-И-И-А-А-А-А», кажется, сохраняет свою убойную силу на любом расстоянии.

— И-И-И-И-А-А-А-А! И-И-И-И-А-А-А-А! — проорал Орлов в последний раз и неожиданно замолк.

К тому моменту я оказался от него уже метров за пятьсот.

Ну, сейчас я ему все выскажу!

Полный решимости набить ему его самодовольную наглую серую морду я пошагал обратно, но когда до моей цели и выбитых зубов Орлика (как называла его противная эльфийка) оставалось метров двадцать, передо мной внезапно образовался магический портал из которого навстречу шагнул здоровенный бородатый мужик в типичной одежде скандинавского викинга: рубаха из шкуры, широкие штаны, прямоугольный шерстяной плащ и короткие сапожки из мягкой кожи. В руках мужик, как и положено приличному викингу держал… нет, не меч и щит, и даже не лук со стрелами, большую деревянную кружку с шапкой пены и копченую ногу не то от некрупного поросенка, не то от средних размеров страуса. И если в напитке явно угадывалось пиво, то про закуску более ничего определенного сказать было нельзя. Кто его знает, может у них тут куры такого размера?

— Опа! Явился, не запылился, — сказал викинг и невозмутимо откусил добрый кусок мяса от ноги, а потом шумно запил пивом. — Ща, погоди, ученик, поужинаю и поговорим.

— Мужи, ты вообще кто? — спросил я. — Агент?

— Ха-ха-ха-ха! — заржал тот. Потом откусил еще кусок ноги и продолжил разговор прямо так, одновременно пережевывая: — Ну наффефил! Буфь я афенфом, фы фы уфе фоффой ф феффе фефал и фе фяфкаф, фуфифка.

Как ни странно, я его понял. Он сказал: будь я агентом, ты бы уже мордой в землю лежал и не вякал, дурилка.

— Привет шеф! — радостно сказал подошедший Орлов, он же Орлик. — Давно не виделись.

Не прекращая жевать, викинг неторопливо кивнул ушастому, как старому знакомому.

— Да объясните мне кто-нибудь уже, кто это такой? — вскипел я, обращаясь уже к Орлову.

— Да дай ты человеку поесть спокойно, — вместо ответа сказал тот. — Сейчас закончит и сам все расскажет.

Ну, что ж, подождем… Времени-то у нас вагон, конечно.

— О! — удивленно сказал мужик, закончив жевать, допив пиво и закинув кружку и кость обратно в портал, который после этого схлопнулся. — До чего техника дошла, нашего Трудовика и там — ткнул пальцем в неторопливо приближающего Неро, — и тут, передают.

Последнее это уже про меня.

— Вашего Трудовика? — переспросил я, проигнорировав шутку. Он тоже ответом меня не удостоил. — Тогда, предположим, вовсе не вашего, а своего собственного. А это — Неро. Ну и вы, раз уж со мной знакомы, потрудитесь представиться, пожалуйста.

На всякий случай, я решил проявить вежливость. Кто там его поймет, что это за хрен с горы. А вдруг он обидчивый и агрессивный?

— Представиться это не преставиться, — снова скаламбурил он. — Это можно. Ну пожалуйста: меня зовут Хведрунг Фербаутинсон. К вашим услугам.

— И кто ты такой, Хендрик Ферба… уткинсон? — хмыкнул я.

— Шеф, может хватит над ним измываться? — попросил Орлов. — Ну не видел он тебя в этом аватаре!

— Страпони? — удивленно спросил я. — Это правда ты?

— Ну, наконец-то, узнал! — расплылся в улыбке он и протянул мне руку. — А то я тебе намекаю намекаю… Ну, здравствуй, ученик! Где тебя так долго носило? Я уж тут заржаветь успел. И что это за хрен, этот твой Неро, и почему он так сильно на тебя смахивает?

— Долгая история, — махнул рукой я. — Потом как-нибудь поведаю. Нам сейчас вроде как сматываться надо. Есть основания полагать что скоро тут будут злые и страшные агенты, о которых только ленивый не вспоминает, но, сколько я не просил, мне так ничего и не рассказали.

— Зачем сматываться? Я бы лучше как раз дождался агентов и как следует намял им бока. Эх! Давненько же я не разминался, соскучился по доброму бою. Агенты, это как раз то, что мне сейчас нужно! Ну а пока их ждем, давай рассказывай последние новости, а то я сто лет уже не интересовался что в мире делается.

— Двадцать, шеф, — вставил Орлов.

— Восемнадцать, вообще-то, — поправил орк.

— Ой, да какая разница? — поморщившись, отмахнулся от них Страпони. — Зануды! Время — вообще вещь весьма относительная. Можешь у моего пра-пра-прадеда спросить, он тебе и подтвердит и весьма доходчиво покажет, прямо на пальцах. В реальном-то мире небось и минута на прошла, с того момента как мы с вами виделись. Да и вообще, согласно последним научным изысканиям, мы на самом деле существуем одновременно во все моменты времени, но осознаем себя только в текущем, просто чтобы мозг не сбрендил, ибо он слаб. Так что не надо мне тут зачесывать. Сказал сто, значит сто! Давайте лучше присядем. В ногах правды нет.

Страпони-мужик щелкнул пальцами и посреди степи появился большой, уставленный закусками и кружками с пивом, стол и две длинные лавки.

— Голодные? — спросил он и на наши поспешные кивки сделал приглашающий жест рукой. — Угощайтесь!

Жрать и вправду уже хотелось неимоверно. Сомневаюсь, конечно, что в цифровом обличии, как и в предыдущем в виде киборга мне так уж сильно нужна была еда, но, как известно, привычка — вторая натура. Последний раз перекусить мне доводилось еще на меховском корабле по имени Нолик, а это было уже вообще черт знает как давно по ощущениям. Так что сейчас, при виде халявного изобилия у меня натурально слюнки потекли и думать о чем-то другом кроме еды не получалось вовсе.