Я вздрогнула, когда Леонард вышел из тени, и прошагал к нам, такой же мрачный, как и Александер. В его глазах, когда взгляд его скользнул поверх наших голов, плескалась тревога.

Он вскрывал поочередно каждый мандат, внимательно изучил свитки и, коротко кивнув, передал их обратно лейтенанту.

— Все печати в порядке, приступайте.

Лейтенант отдал честь и принялся записывать что-то в толстой книге, лежащей перед ним, параллельно сверяясь с записями. Пока он заполнял бумаги и ставил печати, я огляделась по сторонам. По началу мне показалось, что на пропускном пункте почти не было людей, однако я поняла, что ошибалась. Кроме стоящих у ворот солдат и тех офицеров, что грелись внутри, вдоль стены Масерии у огромных ворот городской стены, дежурил еще с десяток гвардейцев с ружьями и мечами.

По телу пробежали мурашки — по сравнению со днем приезда в город, где на пропускном пункте было всего от силы человек пять, складывалось ощущение, что сюда чуть ли не половину всего квартала войны стянули.

— Будьте добры, вещи на досмотр, — лениво, сдерживая зевоту, сказал один из офицеров в белом мундире, что только что грелся у очага.

Я вздрогнула и неуверенно переводила взгляд с Йаны на Лео и Александера. Тот едва заметно кивнул. Мы сняли сумки и тут, к моему ужасу из тени выплыл тот, в черной форме.

Ищейка. Лицо его было так же прикрыто глухим шлемом, однако я видела, или думала, что видела, поблескивающие голубые отблески из-под забрала.

— Оружие, медицинские зелья, какие-то незаконные артефакты есть? Приобретали что-то в Столице? — продолжал буднично спрашивать досматривающий преторианец.

Сердце начало колотиться, как бешенное, когда ищейка изучающе смотрел на сумку, а затем поднял глаза на нас и замер, как пес, пристально изучая и будто даже принюхиваясь.

— Ну? — недовольно повторил офицер, не отвлекаясь от просмотра содержимого сумок. — Вы там что, язык проглотили?

— Они, видимо, не очень хорошо на аквилантисе говорят, — пришел на выручку Александер и, повернувшись к нам, спросил. — Nil me ag ra ach rud eigin, ni thuigfidh aon duine anseo rud ar bith. Ta se seo le haghaidh seachrain.

Я понятия не имела, что он нам сказал, поскольку не знала останского, но неуверенно кивнула.

— Так и думал, — уверенно заявил Вибер, и Лео едва заметно выдохнул. — У них там какой-то пост, запрещающий говорить, да и языка, кажется, вовсе не знают.

— Ну так спроси у этих ублюдков, есть у них что запрещенное или нет, — раздраженно фыркнул преторианец.

Вибер опять что-то спросил на останском, и все мы, уже раскусив его задумку, замотали головами.

— Видимо, нет, — доложил он.

— Вот же не приведи Император общаться с этими дикарями. Будь моя воля всех бы этих язычников бы на виселицу отправил… — белый гвардеец закончил с обыском, и небрежно кинул наши вещи обратно.

Гвардеец в темно-серых доспехах продолжал смотреть на нас, он склонил голову, и от его незримого жуткого взгляда хотелось съежиться, убежать, оказаться как можно дальше отсюда. Я нервно сжала переплетенные пальцы рук и затаила дыхание, словно бы это помогло мне исчезнуть из поля зрения голубоглазого монстра.

— Ха, гляди как они нюхача боятся, — усмехнулся преторианец. — Вон аж от страха трясутся… Ну в прочем, как и все эти приезжие. Передай этим тупицам, чтобы не боялись, а то смотреть тошно.

Вибер пожал плечами и последовал его совету, но меньше бояться я не стала. «Нюхач» обошел стол и стоял рядом с нами, почти вплотную. Мы с Адой в центре нашего круга прижались друг к другу, и я почувствовала, как теплая рука Яна стискивает мою ладонь.

Ищейка медленно обошел нас, будто пытаясь найти хоть что-то, учуять след магии, который каким-то неведомым образом от него ускользал. Йана, стоящая рядом, чуть слышно тяжело дышала, словно бы ей было не хорошо.

— Все в порядке по бумагам, лейтенант? — спросил Лео, и ищейка тут же, встрепенувшись, неохотно отошел от нас.

— А? — офицер лениво водил пальцем в каких-то списках. — А, да. Все в порядке.

Леонард учтиво указал во внутренний двор, сторону ворот Масерии:

— Можете проходить, господа…

— Погодите, — прервал преторианец. — А как же проверка личности? Нужно же еще описать приезжих…

Все мы, включая Александера и Леонарда, оцепенели.

— Да, точно… Я совсем забыл, — процедил брат, бледнея. — Капитан Вибер, попросите, пожалуйста, ваших соотечественников опустить их капюшоны…

— Леонард, вы не знаете, кого ищут? — спросил вдруг лейтенант, пока Вибер переводил нам просьбу офицера. — Почему все пункты досмотра так усилили?

— Понятия не имею. Мне лично ни о чем не докладывали, — рассеяно ответил ему Хранитель Чести, пока судорожно пытался найти способ предотвратить неизбежное.

— Я слышал, что кто-то ограбление совершил в Академии, — сказал один из греющихся у огня офицеров. — Что-то стащили ценное, наверное, вот и ищут теперь. Потому и «нюхачей» из Комитета прислали…